Найти в Дзене

Маме...

18 мая в нашей семье особый день. День Рождения Мамы. Каждый год он приходит так неожиданно внезапно и пролетает так быстро, что я не могу вспомнить, как же мы поздравляли и провели прошлогодний мамин день рождения. Помню, как в классе десятом мы с братьями решили сделать особый сюрприз. Нарисовали огромный плакат-растяжку на всю прихожую, нарвали сирени в соседнем дворе и даже без скандалов и принуждения навели порядок в квартире. Я помню глаза мамы, когда она вошла в квартиру. Смесь счастья, восторга, гордости, неожиданности, робости и нежелания осознать, насколько она счастлива такому неожиданному сюрпризу. Каждый год мы семейным советом решаем, что подарить нашей Маме, но каждый раз подарок не более чем вещь. Да от души. Да мы старались. Но в нем нет той искры. Он не пробуждает тех эмоций и тех чертиков в глазах мамы, которые я видела в тот год. Просто данность. Просто так повелось. Мы все выросли. Обзавелись семьями. Мы редко собираемся все вместе. Вот прям так, как раньше. За од

18 мая в нашей семье особый день. День Рождения Мамы. Каждый год он приходит так неожиданно внезапно и пролетает так быстро, что я не могу вспомнить, как же мы поздравляли и провели прошлогодний мамин день рождения.

Помню, как в классе десятом мы с братьями решили сделать особый сюрприз. Нарисовали огромный плакат-растяжку на всю прихожую, нарвали сирени в соседнем дворе и даже без скандалов и принуждения навели порядок в квартире.

Я помню глаза мамы, когда она вошла в квартиру. Смесь счастья, восторга, гордости, неожиданности, робости и нежелания осознать, насколько она счастлива такому неожиданному сюрпризу.

Каждый год мы семейным советом решаем, что подарить нашей Маме, но каждый раз подарок не более чем вещь. Да от души. Да мы старались. Но в нем нет той искры. Он не пробуждает тех эмоций и тех чертиков в глазах мамы, которые я видела в тот год. Просто данность. Просто так повелось.

Мы все выросли. Обзавелись семьями. Мы редко собираемся все вместе. Вот прям так, как раньше. За одним большим столом. Шумно. Ругаемся. Миримся. Говорим теплые слова. На глазах слезы смущения от признания, насколько мы любим Ее, и стыда, что об этом говорим только по случаю и так часто ее расстраиваем.

-2

Мама. Сколько в этом слове.

Мы еще жили в Москве. Мне 3 года. Я сижу на полу в комнате нашего общежития. Передо мной лежит альбом, акварельные краски и стакан с водой. Я вожу кисточкой по плотной бумаге. Я учусь рисовать. Я создаю свой мир. Мир, который будет наполнен смехом, слезами, удачами и разочарованиями.

Рядом тарахтит заводной игрушечный поезд. Поезд моей жизни унесет меня ко множеству приключений. Моя жизнь будет из раза в раз меняться с ног на голову. Но каждый раз ты будешь рядом. Твое "зачем это тебе надо?" каждый раз заставляет искать причины и ответы. А зачем оно мне? И вот я уже точно знаю, что это именно то, что я хочу. И твое устало-обреченное: "Не было печали, так нашла ж ты себе головную боль!" И тихо добавит: "Доча, чем я тебе могу помочь?"

Мне 5 лет. Зима. Еще темно. Утро. Я держусь за твою руку и мы идем через частный сектор на конечную автобуса. Мне в садик. Тебе на работу. Хочу спать. Поднять подняли, а разбудить забыли. Я сплю на ходу. Шаркаю ногами по тротуару. В голове роятся тысячи вопросов "почему".

Я помню эти сапожки. Коричневые. С белым мехом. С боку наклеены шарики цвета светофора. И белая подошва, похожая на старую стиральную доску. Я шаркаю по асфальту, посыпанному песком. И ты в сотый раз устало меня одергиваешь. "Поднимай ноги. Смотри, куда идешь. Не шаркай."

Впереди идет отец. У него широкий и быстрый шаг. Мы с мамой еле успеваем. Мы опаздываем. А я смотрю на звезды. Там в морозном небе луна разбила чашку с молоком и забрызгала темную скатерь ночного неба. А я загадываю желание. И продолжаю шаркать. Ты устало вздыхаешь. Я бедовая и неугомонная. Но я твоя дочка.

-3

Простыла. Болею. Лежу. Сил нет даже позвать. Температура. Твоя холодная рука на моем горячем лбу. Легче. Хорошо. Закрываю глаза. Проваливаюсь в сон. Ты сидишь на краю кровати. Ты рядом. Противное горькое лекарство. Но ты умеешь уговаривать. И вот вроде и не так горько и противно. И температура уже спадает. Легче. Но я все еще делаю вид, что мне плохо. Ведь ты еще посидишь рядом, пока я засыпаю. Твоя рука гладит мои слипшиеся от пота волосы. Хорошо. Спокойно. Безопасно.

Я постоянно тебя мучила вопросами. Мое почему и зачем. Сначала моя любознательность поражала и удивляла. Потом утомляла. Вопросы из меня сыпались сотнями. Ты уставала. Пыталась отвечать. Но иногда злилась. Не то от усталости, не то от незнания ответа и нежелания в этом признаться мне. Ты отправляла меня читать.

В зале стояла секция, полки завалены книгами. В советские годы у каждой семьи стоял такой шкаф, где по соседству с сервизом, который доставали по особым случаям и для гостей, стояли томы книг. Агата Кристи, Конан Дойль, Спок и.... Большая советская энциклопедия. Мы не знали компьютеров и Интернета. Моим первым гуглом была энциклопедия. Мелкий шрифт, тысячи страниц. Я лазила с лупой и зачитывалась. Пока находила ответ на свой вопрос, я перечитывала десятки статей, зацепивших мой взгляд и внимание.

-4

Сколько раз ты из-за нас плакала. Морщинки в уголках твоих глаз. Как бы мне хотелось, чтобы они были только от счастья и смеха. Но я вина многих из них. И мне хотелось бы изобрести способ убрать каждую из них и те минуты горя и расстройства, из-за которых они появились.

Мы взрослые. Но ты по-прежнему волнуешься. Не спишь по ночам. Переживаешь. Твои звонки. "Ты дома скоро будешь?", "Как у тебя дела?". Я взахлеб рассказываю, но ты уже не слушаешь, ты отвлеклась. Ты снова спрашиваешь. Ты хочешь знать. Но я злюсь. Я твой псих. Я одергиваю себя и снова рассказываю. Ты принимаешь все мои выходки. Скольких нервов они тебе стоят одному богу известно. Ты тяжело вздыхаешь. И принимаешь. А я не умею быть достаточно благодарной дочерью. Я расстраиваю. Злюсь.

Ты звонишь по нескольку раз на день. Я не знаю, что тебе сказать. Ты не знаешь, что еще спросить. Мы обе молчим. Я слушаю твое дыхание в трубке. Я злюсь молчанию. Я закрываю глаза. Я слушаю. Мерное тихое дыхание. Я ощущаю, как в твоей голове роятся мысли. Ты не знаешь, что и как спросить, чтобы не натолкнуться на мое плохое настроение или злостный ответ, что я уже об этом тебе рассказывала. Я закрываю глаза. Я дышу в такт твоему дыханию. Я набираю полные легкие воздуха. Не в силах выносить тишины, я заканчиваю разговор. Мне надо работать.

Я много работаю. Я вовлекаюсь без остатка. Этому я научилась у тебя. За любой кипишь. За любое движение. Мы везде, где жизнь.

Школьный спектакль. Сказка. Мы обе на сцене. Ты - баба яга. Я - кикиморка. Мы семья. Я так на тебя похожа. Я злюсь этому и я счастлива безмерно. У меня твой голос и улыбка. Чем старше я становлюсь, тем чаще глядя в зеркало я вижу тебя. Я ловлю тебя в своих интонациях, поступках.

Ты моя Мама. А я твоя дочь. Твое редкое "Олюшка" вызывает во мне такую бурю эмоций... Я отворачиваюсь. В глазах появляются соленые реки. Я не хочу показывать, как во мне кипит нежность и любовь. Но я так охотно показываю, как злюсь. Я не права. Я знаю...

Завтра ты уйдешь на работу, мы будем еще спать. Я пришлю тебе смс с поздравлением и ссылку на этот рассказ. Я не увижу. Но я буду представлять, как ты пробегаешь глазами эти строки. И по щеке пробежит слеза. Но ты улыбнешься. Ты счастлива.

Ты мой критик. Ты мой стимул. Твое робкое по вечерам: "Ну что, ты написала еще что-то?". Я напишу, мама, напишу, еще очень много. И все для тебя.

-5

С днем рождения, родная, будь счастлива! Мама, я люблю тебя!