Шотландцы всегда имели репутацию неуступчивых северян, если начинать с Бронзового века, древних кельтов, и каледонцев (сами себя они называли как-то иначе, получив имя "каледонцы" от римлян), то сразу становится понятно, что определенной неуступчивостью жители северной части Британских островов отличались всегда.
Римляне, покорив половину известного мира и создав свой собственный Pax Romana, так и не сумели подчинить пиктские племена, невзирая на изначальные победы, сопровождавшиеся большим кровопролитием.
Партизанская война, которую успешно вели жители северной Британии, привела к тому, что римляне посчитали разумным оставить их на произвол судьбы и оградить свой цивилизованный мир "от диких варваров" оборонительной стеной, получившей название Вала (или Стены) Адриана.
Шотландское королевство окончательно сформировалось к концу XIII века. Историки называют его "королевством Альба", чтобы отделить этот период истории Шотландии от последующего, в котором превалирующую роль играли Стюарты.
Последний альбийский король Александр III скончался в 1286 году, не оставив наследника мужского пола.
Единственной прямой наследницей оказалась Маргарита, дева Норвежская, внучка Александра от его единственной дочери, тоже Маргариты, дочь норвежского короля Эрика II.
Лорды-протекторы Шотландии заключили договор с королем Англии Эдвардом I, решив выдать Маргариту замуж за его сына, Эдварда Карнарвонского Плантагенета - с условием, что их будущие дети будут править Англией и Шотландией вместе.
Если бы вышло по задуманному, то, скорее всего, нас бы не ждал сейчас шотландский референдум, да и вся дальнейшая история Британских островов могла пойти совсем другим путем.
Однако Маргарита до Англии с Шотландией не доехала. Девушка тяжело заболела во время морского путешествия из Норвегии и скончалась, едва ступив на землю Оркнейских островов.
Шотландия осталась без законного короля. Претензии на корону выдвинули ни много ни мало 13 шотландских аристократов.
Из них наибольшими правами обладали Джон Баллиол, Джон Гастингс и Роберт Брюс (дедушка другого Роберта Брюса, который позднее стал одним из самых великих шотландских королей).
Угроза гражданской войны становилась реальностью, шотландцы сами никак не могли решить, кого же сделать королем. В результате они не придумали ничего лучшего, как обратиться… всё к тому же королю Англии Эдварду I с просьбой сделать за них этот непростой выбор.
Эдвард, будучи изощренным политиком, немедленно потребовал, чтобы все претенденты на трон первым делом признали себя его вассалами. Шотландцы, вместо того чтобы возмутиться, согласились, потому что никто не хотел до времени выбывать из королевской гонки.
Английский король выбрал Джона Баллиола, который и стал королем шотландским. Но ненадолго.
Некоторые историки полагают, что Эдвард сознательно из всех претендентов выбрал самого слабого. Однако справедливости ради надо отметить, что именно у Баллиола были самые серьезные права на престол: он являлся прямым потомком короля Шотландии Дэвида I, хотя и по женской линии.
Разумеется, в силу предварительной договоренности, новоиспеченному шотландскому королю пришлось присягать на верность королю английскому.
Эдвард немедленно потребовал, чтобы шотландцы помогли ему сражаться с французами. Шотландцы же, из каких-то своих соображений, решили договоренностей не исполнять и, вместо того чтобы скрестить с французами мечи и копья, заключили с ними союз против… англичан.
Эдвард, само собой, возмутился (так и хочется написать "совершенно справедливо"), собрал армию и приготовился идти с ней на север.
Шотландцы тем временем тоже собрали армию и - при поддержке французов - напали на английский город Карлайл.
В конце концов, эта эскапада кончилась для них печально: английские войска наголову разбили шотландцев, Эдвард заточил Джона Баллиола в Тауэр (где тот и умер) и присоединил к своим владениям земли шотландской короны.
Упоенные победой англичане вели себя в землях северного соседа, как и положено завоевателям и оккупантам, за что Эдвард I получил историческое прозвание "Молот шотландцев" ("Hammer of the Scots" ).
Английский король решил окончательно подорвать надежды северных соседей на независимость: в 1296 году он увез в Лондон священный Скунский камень - огромный кусок песчаника, служивший коронационным троном шотландских королей.
Решив лишить скоттов священных основ государственности, он приказал встроить камень в подножье своего собственного трона.
На Скунском камне последовательно восседали все английские, а позднее и британские короли и королевы.
В результате непрерывных войн шотландцам удалось отвоевать свою независимость только к 1328 году после успешного восстания Роберта Брюса.
Перенесемся ещё на три столетия вперед. Следующее "объединение" Англии и Шотландии произошло после смерти Елизаветы I.
"Королева-девственница" была бездетна, и король Шотландии Яков VI фактически получил Англию в наследство, став английским королем Яковом I.
Вообще-то он имел на это вполне законное право, будучи единственным прямым потомком мужского пола Генриха VII, основателя английской династии Тюдоров.
Уезжая из Эдинбурга в Лондон, он пообещал шотландцам, что будет возвращаться к ним несколько раз в году. В реальности за 22 года своего правления он посетил родину всего один раз.
Современники называли Якова "самым образованным дураком на троне". Шотландско-английский король отличался широтой знаний, которые, однако, так и не сумел применить на практике.
Нормального объединения двух стран в его правление так и не состоялось: шотландцы по-прежнему имели свой парламент, свои законы и чеканили свою монету.
На одной голове соединились две короны, однако два народа в значительной степени оставались сами по себе.
Якову наследовал его сын Карл I, который, проиграв гражданскую войну, потерял королевство, свободу и голову.
В истории его падения есть одна пикантная подробность: Карл бежал в Шотландию. Можно сказать, вернулся из Англии в свою родную страну.
Шотландцы же сначала поместили его фактически под арест, а потом, в 1647 году, передали представителям английского парламента за огромную по тем временам сумму в 400 тысяч фунтов стерлингов. То есть продали злейшим историческим врагам своего законного и родного по крови короля, если называть вещи своими именами.
Потом был Кромвель и реставрация, Яков II, принявший католичество, его изгнание и приглашение на британский престол Вильгельма Оранского с его женой Марией.
Шотландцы все это время вели собственную хитрую политику, решив в какой-то момент поддержать свергнутого Якова II, вспомнив о его шотландских корнях.
27 августа 1691 года король Вильгельм III пообещал амнистию кланам шотландских горцев за участие в восстании якобитов - при условии, что они принесут ему присягу на верность до Нового года.
После чего произошло событие, которое, без преувеличения, можно назвать чуть ли не самой мрачной страницей в истории двух народов: резня в Гленко.
Кланы горной Шотландии откликнулись на предложение амнистии далеко не сразу. Сначала они обратились к свергнутому Якову, чтобы попросить его разрешения. Низложенный король долго тянул с ответом, но всё же к концу осени смирился и дал согласие, известие о котором достигло Шотландии лишь к середине декабря.
После этого у вождей оставалось совсем немного времени на выполнение указа Вильгельма. Так, Алистер Макиан, глава Макдональдов из Гленко, лишь 31 декабря сумел добраться до Форт-Уильяма, где попытался принести присягу военному губернатору. Тот, однако, не был уполномочен присягу принимать, и отправил Макиана дальше, к шерифу Аргайла.
Для того, чтобы удостоверить, что вождь Макдональдов все-таки успел к сроку, губернатор снабдил его соответствующим письмом.
До шерифа Аргайла Макиан добрался только 6 января, где и принес присягу, счел свой вассальный долг выполненным, и с легким сердем отправился домой.
Все бы ничего, однако, Вильгельму нужен был хоть какой-то клан, который следовало примерно наказать для острастки всем остальным. Макдональды для этого подходили идеально, припозднившись с принесением присяги.
В начале февраля в Гленко прибыли 120 солдат под командованием капитана Роберта Кэмпбелла из Гленлайона. Маленькая историческая подробность: за два года до этого владения Кэмпбеллов были разграблены кланом Макдональд.
Понятно, что капитан с восторгом ухватился за возможность отомстить обидчику. На протяжении почти двух недель солдаты ели, пили и спали во владениях Макдональдов, после чего пришел приказ вырезать всех людей в возрасте до 70 лет.
Шум поднялся страшный. И не только потому, что несколько десятков человек были предательски убиты ночью в своих постелях. В конце концов, история еще и не такое видала. А еще потому, что убиты они были, когда "доверчиво" предложили своим будущим палачам кров и еду.
С точки зрения шотландских кланов это являлось самым страшным преступлением. Приверженцы исторической справедливости напоминали, что, нисколько не умаляя нехорошего поведения англичан, факт остается фактом: шотландцев - хоть и с попустительства английского короля - убили свои же шотландцы.
До сих пор стойку регистрации небольшой гостиницы в Гленко украшает табличка: "Бродячих торговцев и Кэмпбеллов не обслуживаем".
В 1707 году парламенты Англии и Шотландии одновременно приняли указы о самороспуске и создании объединенного парламента, местонахождением которого определили Вестминстер.
Робкие попытки создать объединенный парламент предпринимались и ранее, однако впервые исторические обстоятельства сложились так, что в обеих странах появилась мощная общественная поддержка в пользу объединения.
Согласно одной из версий, шотландцам хотелось получить английские деньги, а англичане хотели раз и навсегда сделать так, чтобы шотландцы не пытались выбрать себе собственного короля.
Есть (весьма спорное) мнение историков, что на союз с Англией шотландцев подвигла неудачная попытка колонизации бухты Дарьен на территории нынешней Панамы, так называемый проект "Новая Каледония".
14 июля 1698 года шотландцы отправили в Панаму пять кораблей с переселенцами с намерением создать колонию, которая должна была служить перевалочным пунктом для обеспечения торговли со странами Юго-Восточной Азии.
Шотландская торговая компания собрала огромную сумму в 400 тысяч фунтов, что равнялось примерно одной пятой стоимости всех активов страны.
Будущие колонисты не учли двух вещей. Во-первых, того, что климат на Панамском перешейке резко отличался от привычных вересковых пустошей, озер, лесов, полей и рек.
А во-вторых, что английские колонии – то ли для того, чтобы лишний раз не раздражать Испанию, то ли из каких-то других соображений - решили не оказывать новым колонистам никакой помощи. Из 1200 человек, отправившихся в бухту Дарьен, домой вернулись менее четверти.
Вдобавок известия о неудаче первых колонистов достигли Шотландии только после того, как в Южную Америку отправилась вторая партия.
Итак, шотландцам, потерявшим одну пятую стоимости своей страны, позарез были нужны деньги постоянно богатеющей Англии. Разумеется, такой меркантильный подход далеко не всем пришелся по вкусу.
Спустя несколько десятилетий после свершившегося факта объединения двух стран национальный поэт Шотландии Роберт Бернс писал так:
"Века сломить нас не могли,
Но продал нас изменник
Противникам родной земли
За горсть презренных денег.
Мы сталь английскую не раз
В сраженьях притупили,
Но золотом английским нас
На торжище купили."
Взгляд, конечно, романтический и непримиримый, но в целом соответствовавший фактам. Из Лондона в Эдинбург были отправлены десятки тысяч фунтов, чтобы возместить шотландским парламентариям потенциальные финансовые потери от объединения и на выплату им пенсий.
К тому же объединение открывало перед шотландскими товарами колониальные рынки, что помогло стране оправиться от финансовой катастрофы бухты Дарьен.
Разумеется, мир наступил далеко не сразу: шотландцы восставали и в 1715 году, и в 1745. Постепенно же оба народа действительно объединились, и многие шотландцы внесли огромный вклад в общее процветание Британской империи.
