Живешь, дышишь, чистишь зубы, – и вдруг остро понимаешь, что – не был, не видел, не переживал, – бросаешь все и немедленно едешь, летишь через ночь, поджимая ноги, неудобная все-таки и неловкая привычка, ноги не вытянуть, носки не протянуть, – бац, приехал! 10 месяцев не видались, Питер.
Ночь какая-то понарошку, пустынности, дома, дерева, редкие прохожие так улыбаются, будто знают – забыл, потерял, и не вспомнить, не перечесть страницу.
Утром сияние, звонкое одиночество на улицах, как бы не разрекламировать этот легкий полутуман радости, уж все как ломанутся, а ты хотел тихонько. И на вокзал. Потому что в Павловск – на электричке.
Когда перед поездкой зашла речь, почему бы не Ораниенбаум, я покрутила слово на языке, понравилось. Но Павловск уж так давно пророс во мне, и корни, и травы, что немыслимо было его предавать. Потому что Остроумова-Лебедева нарисовала целый альбом "Виды Павловска", в нем маленькое эссе, писанное будто специально для меня, и там про пейзажные парки, долину реки Славянки, холмы и прочие красоты – да так, что закачаешься.
Так вот, припираешься в Павловск. Допустим, у тебя планы: полежать на траве, посмотреть на облака, и чтобы медленно, умиротворенно и ни одна белка не знала. Но, черт подери, вы знаете, что такое пейзажные парки? натурально, бурьян и папоротники. Влажно, росисто, впору быть в сапожках.
Сначала в Павловске чистый лес. Куча аллей, все просеки на одно лицо, длиннющие, стоишь потерян, карта ни фига не помогает, но есть схемочка. На схемочке-то все подписано, гляди, березовая аллея, аллея молодого жениха, лиственничная, а куда ни пойди, елки, палки, березы, папоротники – всюду белки. Белки вообще там правят бал, еще к ним прилагаются орехи, что всюду продаются, и кажется, что белки не могут не быть в этом бизнесе, получают процент, стригут купоны, которые и есть золотые скорлупки от этих орешков.
Но после лесных просек все 600 гектаров парка распахиваются иным видом. Настоящим Гайд-парком, если вы меня понимаете, когда все так невзначай, ненароком, исподволь, а уж стоишь уверен, что иначе и не могло быть, тут кусты, там на пригорке сосновая роща, и дивно красиво, и вписано в ландшафт. О английские пейзажные парки с их показной небрежностью насаждений и зданий. Офигительно прекрасно. Было все – и трава, и облака, и прудики, и одиночество. Только белок там не было, ура.
Долина реки Славянки чудесна ее всхолмленностью. Русский классицизм ждал такого антуража, ждал и верил. Стоишь один и думаешь: люди! как бы показать вам такое, к примеру:
Или цвет этой ветлы, ничего такая:
Слова немножко спятили, у них мания величия: Большая звезда с Долиной прудов, Старая Сильвия, Новая Сильвия, Парадное поле и Белая Берёза, толкует схема. Мой бог, думаешь ты, что за претенциозная Сильвия, я хотела облака и чтобы без белок, орешков и купонов, но тут до тебя доходит, что Сильвия – от silva – лес, и становится сразу легче.
Схема меж тем продвигает зайцев-беляков, ласок, горностаев, кротов, бурозубок (наверное, уже хватит перепечатывать?) ежей, рыжих полёвок и ондатр, впрочем, нам и этого было бы достаточно – вообразить всю эту публику в этих декорациях не представляется возможным.
И не забудем живородящих ящериц!
В общем, там было просто отлично. И дворец – совсем не лучшее, что там было. Большой Каскад я сохраню для себя. А вы съездите. Белки ждут.
Павел-все-дела-Первый, Кваренги, осы, немного стрекоз, жасмин, львиная голова, иван-чай, пижма, кувшинки. Лето.
И немного статистики: 22 км пешком в этот день.