Часто приходится думать, в чем же причина такой нашей немощи – немощи современных христиан. Ведь природа человеческая та же, что и у наших древних предшественников, а жизнь совсем другая. Ведь и они так же, как и мы, были подвержены искушениям страстей, их природа была склонна ко греху, они сами по себе не отличались от нас, или мало отличались. Но жизнь их была совсем иная, нежели наша. Понять, почему так, можно, читая Евангелие, послания апостольские. Христос говорит апостолам и всем последующим поколениям: бдите и молитесь, бодрствуйте, ибо не знаете, в какой час придет Господь. Сейчас часто говорят, что это относится к кончине каждого из нас. Но это верно только отчасти, скорее даже просто по аналогии сказанного Спасителем. А на самом деле в этих словах Христос дал мотив жизни, ее смысл, ее содержание для Своих учеников – христиан.
Мы родились, познали Бога, приняли Его как своего Спасителя и должны просто и с верностью ожидать Его пришествия. Не конкретно ждать сегодня или завтра, а ждать как итог, как окончательную цель существования мира. В этом ожидании и есть по сути жизнь христиан, и все остальное из этого исходит. И именно так, в простоте сердца, и жили наши отцы и матери – прежние христиане. Им по большому счету было неважно, что здесь, на земле, есть сейчас и будет завтра, они знали, что ничего особо хорошего и радостного в плане житейском не будет. А вот после, когда придет Господь, тогда и наступит то, чего так хочет, чтобы наступило, Сам Бог и все святые – жизнь в ее избытке и истиной красоте и чистоте, настоящая жизнь, ее совершенная полнота. Современные же христиане, на самом деле, не хуже по своему природному составу, чем первые, они просто уже не ждут пришествия Христа, их устремления и вектор всех жизненных желаний направлен на жизнь эту – земную. Мы хотим быть хорошими христианами, живя (сердцем и душой) именно эту временную жизнь, видя в ней самой смысл и ценность, не устремляем взор свой к концу века. А между тем наша жизнь – это только дорога, путь. И этот путь стал для христиан важнее того, к чему он ведет. Это уже новое, другое сознание, сознание не ожидания, а пребывания, утверждения ценности мира. Мы бытие временное сделали нашей целью, а будущее бытие принимаем просто как гипотетический факт
Вот я иду и иду, я не знаю, что за тем холмом, что дальше, сколько еще идти дней, недель, месяцев, лет. Но я точно знаю, что цель моя – это смысл и цель всей моей жизни, и что тот путь, которым я иду к ней, – правильный, он ведет не непонятно куда, а именно к моей цели. А если я на пути начинаю обживаться, строить шалаши, дома, покупать поля, сеять, ждать урожая, то я не согрешаю, но постепенно забываю свою основную цель, забываю, куда иду, цель моя блекнет, на первое место встают заботы этого мира, этой жизни. И тогда я, оставаясь христианином (поскольку вера моя та же), теряю нечто такое, без чего мне просто невозможно быть Христовым до конца, жить чисто по заповедям Христа, быть как отцы и матери.
При таком устроении я забываю, что те, кого мне дал Господь, – это мои попутчики на моем пути, и хорошо, если они идут рядом. Но если они не захотели идти, то их Бог не бросит, но мне нужно, сердцем оставляя их, идти дальше. И молиться за них, чтобы и они пошли когда-то этим путем и, может быть, догнали меня на нем или перегнали, но это уже не важно. Важно мне самому идти, не оборачиваясь назад, потому что уже нет того, что было сзади, оно – достояние небытия и ада. И важно идти, и к тем, кто именно сейчас со мной идет или встретился мне на пути, отнестись так, как отнесся бы Христос.
Апостол Иоанн пишет: «Обетование же, которое Он обещал нам, есть жизнь вечная». То есть Христос не обещал нам ничего в этой жизни, кроме скорбей: «В мире скорбни будете!», кроме того, что Он Сам пребудет с нами в этих скорбях: «Я с вами до скончания века!»
Иеромонах Иаков (Тупиков)