Начало здесь
Гришка пошарив в бардачке, откинул округлую крышку между сидениями.
- Гошан, наливай чайку, а то совсем зябко становится, - Сказал Артём, энергичным движением подкидывая мою голову на своём плече.
- Ну, долго ещё? - Нервничал дед, - Позоришь меня перед людьми, - нашептывал он парнишке за железной ширмой, где тот копошился в моторе.
Отхлебнув горячий чай из термокружки, достала из внутреннего кармана айфон. Тринадцать сорок семь. Предательским красным цветом в верхнем углу экрана аппарат сигнализировал, что заряд на исходе.
- Артём, надо зарядить, - я протянула свой телефончик другу.
- В гостинице зарядишь, связи все равно нет. Зачем тебе сейчас?
- Ну, Артём, а фотографироваться? - Канючила я, зная, что у него есть Повер Банк.
- Ха, фотографироваться... На таком морозе он у тебя и двух секунд не проживет.
Я не уступала и выпросила заветную зарядку. Втыкая тоненький проводок в айфон, я ещё не знала какую службу сослужит моё упрямство.
Тем временем, машина чихнула, громко кашлянула, и довольно заурчала. На автомате руки принялись благодарно аплодировать. Радуясь, что не останемся здесь замерзать, поехали дальше.
- Максимыч, смотри... Что это там? - Гриша показал рукой перед собой. Впереди, справа от дороги виднелось что-то темное на снегу. - Далеко. Видно плохо.
- И правда, животина чтоль какая? - Дед прищурил глаза, вглядываясь вдаль, - кого тут в тайге ещё встретишь?
- Артём, а вдруг медведь? - Встревожилась я.
Артём пересел вперёд и тоже начал всматриваться в приближающееся чёрное пятно на снегу.
- Да какой медведь, спят же они зимой. - Он улыбнулся, глянув в мою сторону.
- Игорь, смотри. Хватит спать, так все самое интересное проспишь! - начала я трясти товарища.
Гоша подскочил и от неожиданности закрутил головой в разные стороны, пытаясь разобраться, куда смотреть.
- Человек, похоже, - процедил сквозь зубы водитель.
- Та нее, откудова ему здесь взяться в мороз такой? Ближайшая деревня километров сто писят отседова. Хотя... - Дед осекся.
Машина почти подъехала, и уже не осталось сомнений что это. Из глубокого сугроба виднеется припорошенная снегом одежда, лежащего головой к дороге человека. Гришка уже начал притормаживать, когда мужчина, как будто, собрав последние силы и боясь пропустить чудом проезжающую здесь машину, сделав рывок, вывалился на дорогу прямо под колёса, подняв вверх облако искрящихся снежинок.
- Мальчики, дайте-ка ружьишко, вон под той лавочкой, - дед нахмурив брови, указал пальцем на место, где сидит Гоша.
Игорь уже пришёл в себя после сна и мигом нырнул под сиденье. Выпрямившись, замер, держа в руках оружие, как редкое ископаемое.
- АВС-36, ничего себе раритет, я думал уже не отыскать такую! - Игорь ласково провёл по ней своими тонкими пальцами.
- Давай сюды говорю! Чего её как бабу мусолишь? - Пётр Маскимович насупился и выхватил, протянутую ему, винтовку.
Я обхватила руку Артёма и прижалась к нему, что было мочи.
- Да не бойся ты, дуреха, это так, на всякий случай. Тайга как-никак. - Усмехнулся Артём, подбадривая меня.
Пётр Максимыч и Гриша тут же вылезли из машины и направились к человеку, который, тем временем, уже поднялся и, размахивая руками, указывал в сторону леса. Артём и Игорь поспешили следом, оставив меня в машине. Одежда на незнакомце старая и грязная, рукав почти оторван, из него торчит желтая вата. О чем они разговаривают? Я плотнее прижалась к окну, но стекло и работающий двигатель заглушают все звуки снаружи. Артём показал на машину и попытался ухватить мужика за куртку, видимо, предлагая погреться. Но тот увернулся, замахал руками, и вновь показал на лес. Все смотрели в ту сторону и что-то обсуждали, изо рта говорящих на трескучем морозе вылетали клубы влажного пара.
- Так, Вика, мы скоро вернёмся. Посиди здесь! - Сказал Артём тоном, не терпящим возражений, открыв дверь машины.
- Нет, нет, нет! - Голос тут же сорвался в истерике, - я здесь не останусь, я с вами! - бормотала я, отпихивая Артёма, и пытаясь выйти на улицу.
- Да пойми ты, мороз такой, а тут в тепле посидишь. - Он крепко держал дверь, не выпуская меня наружу.
- Зачем туда идти? Поехали уже! - я была готова разрыдаться.
- Товарищ у него там, в лесу, видимо. Идти не может, я так понял. Этот без него в машину садиться отказывается, - Артём замолчал на секунду, - Да не понятно, ни хрена... Мычит только, блин, да руками машет. Толи в шоке, а может глухонемой. Подратый весь какой-то. Оставайся в машине! - Он хотел захлопнуть дверь, но я с неведомо откуда взявшейся силищей оттолкнула её и выпрыгнула на снег.
Мужик покосился на меня. От его взгляда мурашки пробежали по спине, что-то не доброе было в нем.
- Вика с нами пойдёт, - констатировал Артём. - Одевай балаклаву, быстро!
- Надать в машине кого-то оставить, негоже её глушить, - сказал дед.
- Я могу остаться, - не растерялся Григорий и, пытаясь шутить, продолжил. - У меня и одежды нет, по лесу прогуливаться.
И правда, кожаные ботиночки, короткая куртка и вязаная шапочка не располагали к прогулкам на таком морозе. Видимо, водила не собирался надолго покидать свой тепленький автомобиль.
- Ыыыыы... - замычал незнакомец. Ступая по уже протоптанному следу в сугроб, замахал рукой, призывая следовать за ним. - Ыыы....ыыыыы....
- Шагай давай, немтырь хренов, показывай! - Пётр Максимыч толкнул его в спину дулом винтовки и ступил за ним в снег.
Следом пошёл Игорь, потом я, и замыкал наш отряд Артём. Снег глубокий, ноги проваливаются выше колена. Пройдя несколько метров до кромки леса, я уже устала, но согрелась, что тоже хорошо. Буду терпеть, и идти как все, вон дед как лихо скачет по сугробам. Чем я хуже? Пусть знают, что на меня можно положиться.
Деревья за спиной сомкнулись плотной стеной, зашторивая солнце завесой из заснеженных ветвей. Снега в полутемном царстве леса немного меньше, но идти по-прежнему трудно.
- Как ты? - Окрикнул меня Артём, хлопая по плечу.
- Нормально. - Говорить не хотелось, чтобы не показать, что мне страшно и тяжело.
Сколько мы прошли, не знаю, но лучи солнца от просеки, где проходила дорога, сюда уже не попадают. Во рту пересохло и хочется пить. Оглядываясь вокруг, не могу поверить своим глазам. Что я делаю зимой в лесу, по пояс в снегу, с вооружённым дедом и неприятным грязным типом? Сердце бьется где-то в голове, дыхание сбивается. Эта мерзкая балаклава мешает дышать, из-за неё ресницы покрылись инеем, а в районе рта и носа она намокла и противно прилипает к лицу. Я жалею себя, и канючу в душе, но не показываю виду. Сейчас всем нелегко, наверное.
- Чего встал? Куда дальше? - Услышав голос деда, я подняла голову.
Все остановились. Незнакомец, постояв ещё несколько секунд, медленно повернулся. Внимательно оглядел нас и, оскалившись в презрительной улыбке, сверкнул золотым зубом. Быстрым движением мерзкий тип что-то вытащил из кармана и кинул в снег совсем близко от нас.
- Ложись!!! - заорал Пётр Максимович.
Артём, как пуганый сайгак, напрыгнул на меня и повалил в снег, накрывая своим могучим телом. Все произошло так быстро, что я не успела испугаться.
Небо кружилось в калейдоскопе ветвистых узоров. Черные ветки деревьев на фоне голубого неба рисовали причудливую паутину в узком просвете над нами. Таежная тишина лишь изредка прерывалась грустным скрипом вековых деревьев.
- Максимыч, а чего ложись то? - Первый пришёл в себя Артём, поднимая нос с мой груди.
- Да кто его знает, сработало чегой то в котелке, - Дед, все также лёжа на снегу, щелкнул себя полбу - А вдруг граната? Кто ж его знает?
- Граната!? - Захохотал Темыч, перекатываясь с меня рядом на снег.
- Ребят, а где мужик-то? - прервал темкин хохот Гоша.
- И правда, где немтырь окоянный? - Завертел головой дед, поднимаясь на карачки. - Ух, ты сукин сын, пардоньте при дамах!
- Вон следы, налево уходят. Свалил он от нас. - Вглядываясь в плотные заросли леса, сказал Игорь.
- Но зачем... - Я не успела договорить.
- Вот я старый дурак! - Прервал меня Пётр Максимыч, закидывая винтовку за плечо.
Расталкивая нас, он устремился в обратную сторону. Мы бросились за ним. Бежать, хоть и по натоптанной тропе, нелегко.
- Артём, что вообще происходит? - Задала я вопрос на всякий случай. То, что нас заманили в какую-то ловушку, я уже догадалась.
- Потом Вика, потом! Максимыч, дайка сюда! - Артём на ходу сдернул ружьё с плеча старика, - Гошан, погнали! Передохни, дед, ты нам ещё пригодишься.
Ребята ускорились, двигаясь в сторону дороги, оставляя нас позади.
- Пётр Максимович, а кто это был? - Задала я вопрос.
- Урка проклятый! Вот я олух, подумал, мож, лесорубы на шатуна нарвались... - Корил себя дед, тяжело вздыхая и торопливо перебирая ногами.
Не могу сказать, что эти слова Петра Максимовича как то прояснили для меня ситуацию. Ничего хорошего, видимо, ждать от встречи с этим типом не стоит.
Солнце уже начало садиться, в лесу сумерки чувствовались сильнее. Но впереди уже можно разглядеть просвет просеки. Дед ещё прибавил шаг, я не отставала. Выбежав к дороге, показалось, что мы промахнулись, свернули не туда. Но это невозможно, мы шли по своим следам, не отступая ни на шаг в сторону.
- Ох, ты ж ироды! - Взмолился дед, видимо, быстрее меня, осознавая происходящее.
На месте, где мы оставили машину, раскинув руки, лежал Гришка. На белом снегу под его головой растеклось большое пятно макового цвета. В глазах потемнело. Фигуры друзей, заснеженный лес, кровавая дорога слились в одну мутную искаженную абстракцию. Я потеряла сознание.
Подпишись на канал, чтобы читать не пропустить новые главы