История двулика и противоречива. Словно смеясь над нами, она переворачивает с ног на голову представления о былом: из злодея делает гения, из тирана – благодетеля, из святых – безбожников и наоборот.
Село Покровское Тобольской губернии стоит уже триста семьдесят пять лет. Основали его служивые люди из дружины Ермака вскоре после того, как им был основан Тобольск. Расположилось Покровское на левом берегу реки Туры неподалеку от ее впадения в Иртыш. С дорогами в болотистой губернии всегда было неладно, поэтому вся жизнь кипела на реке. По названиям разнокалиберных судов маленький Распутин самостоятельно учился читать. Много разного народу прошлось по улочкам этой русской деревни: по ссыльному пути шли здесь и Достоевский, и Радищев, и декабристы, и семья последнего императора. Но наибольшую известность Покровскому принес родившийся в 1869 году Григорий Ефимович Распутин.
О необыкновенных способностях крестьянина Гришки Распутина в селе было известно всем. Будучи ребенком, Гришка прославился умением находить украденные вещи. Он видел их за спиной вора: долгое время он считал этот свой дар обыкновенным, полагал, что и все так видят. Наряду с истовой религиозностью он умел заговаривать зубную боль, снимал похмелье и животные колики. По многочисленным свидетельствам очевидцев, лечил только православными молитвами и иногда наложением рук. Естественно, в клиентах у него значилась вся деревня. Но, несмотря на явную распутинскую ценность, односельчане его не очень-то любили.
Семья у него была ямщицкая: лошадиный извоз в Тобольских землях был главным бизнесом. Сызмальства Гришка жил рядом с лошадьми: был и пастухом, и сам ямщичил. Лошади ходили за ним безо всякой привязи, в селе поговаривали, что Гришка знает «особое слово», шепнув которое на ухо коню, ведет животину куда захочет. Может быть, поэтому в конокрадстве – тягчайшем преступлении для ямщицкой слободы – чаще всего обвиняли Гришку. Сам он отнекивался всякий раз, но односельчанами был избиваем регулярно.
И еще повод к нелюбви – это Гришкин половой магнетизм. С прекрасным полом у Распутина трудностей не было, и, хотя с восемнадцати лет имел законную супругу, наверное, не случайно сейчас каждый второй житель Покровского считает себя его родственником. Впрочем, и в этом грехе прямо Распутин не сознавался никогда, утверждая, что с многочисленными поклонницами имел чаще душеспасительные беседы, причем даже во время совместных посещений бани. Опять же, среди его подруг, особенно высокопоставленных, было немало истинных фанаток его благочестия.
С религией у Распутина отношения были сложные. С одной стороны он был истинным христианином: соблюдал все посты, еженедельно посещал церковь, был очевидно набожным человеком. Был немало почитаем как паломник. Половину своей жизни – шесть зимних месяцев в году – он бродил по святым местам. В своей жажде духовного поиска он пешком из Сибири доходил до Киево-Печерской лавры и даже совершил своеобразный хадж в Иерусалим. Разумеется, с годами его стали признавать за опытного странника, немало повидавшего на своем пути. В окрестных сибирских монастырях, которыми по сей день изобилует тобольская земля, Распутин был постоянным жителем и почитался за старца.
С другой стороны, его страсть к проповедничеству, к богоугодным беседам и философическим наставлениям заметно отделяла его от сельского прихода. Распутин, живший по местным меркам очень зажиточно, был главным содержателем местной церкви, но даже его бесценные дары не могли не настроить против него местное духовенство.
Покровская церковь – одна из основных православных святынь тобольщины, края храмов и монастырей. Впервые построенная в начале семнадцатого века, она стала хранительницей явленного образа – Тарханской иконы Спаса нерукотворного, которую в восемнадцатом веке обнаружили в своей утвари Тарханские татары, живущие неподалеку, и отдали Покровскому храму за ненадобностью. Икона считается чудотворной, с ее помощью в разные годы в Тюменской области были остановлены эпидемии холеры, сибирский ящур и падеж скота. Как и все постройки, церковь была деревянная и часто горела. Поэтому в 19 веке ее решили строить из камня, но, поскольку в тобольских болотах камня не сыщешь, его переправляли из Тюмени по этапу. Каждому закованному в кандалы заключенному за пазуху насыпали камней и так решали проблему транспортировки стройматериалов. Стройка длилась почти 60 лет, и достроили храм на деньги Распутина. Помимо этого Распутин открыл в родном селе школу и больницу.
Все эти благодеяния не помешали приходскому церковному начальству завести на Распутина дело по обвинению его в сектантстве. Якобы, во время тайных молебен в его доме происходит святотатственный свальный грех. Но доказательств во время следствия собрано не было, и Распутина, бывшего тогда уже государевым Другом, от подозрений освободили.
Продолжение следует.