Будничная жизнь солдата, в пределах воинской части порой становится скучной и унылой. Казарма, плац, столовая, штаб, баня, - эти серые архитектурные объекты, выполненные в суровом воинском стиля, не добавляют ярких красок, а наводят тоску на тонкий внутренний мир военнослужащего. Его тянет хоть на короткое время забыться и окунуться в реалии гражданской жизни. Где запах женских духов, где носят модельную обувь на длинных каблуках, где хозяйки модных причесок, иногда «строят» глазки суровым парням в погонах .
И тогда его прорывает. Он идет в самоволку, а точнее оставляет расположение части на короткое время.
Мы решили идти после вечерней поверки. Наш командир роты, старший лейтенант Кацуба, отдыхал после наряда и перекличку провел старшина. После короткого инструктажа, дал команду «отбой». Рота разбрелась по койкам.
Мой земляк Юрка, телефонист, недавно познакомился с девушкой с городского коммутатора. Беседы по телефону вел долгие, чувственные, благо военная связь в то время была бесплатной. И в одной из командировок в город, встретился с ней. Потом были еще встречи. И сегодня мы шли вдвоем, не просто в «самоход», а в гости. Нас пригласили.
Мы переоделись в гражданскую одежду (вшивник), которая была надежно спрятана в роте и переходила из рук в руки лицам, отбывающим в «самовол».
Осторожно перелезли окно, перебежками до забора, в нужном месте отогнули доску и юркнули за пределы части.
Это был небольшой городок, со старыми деревянными домами и «хрущевскими» пятиэтажками. Воспоминания о гражданке, нахлынули приятными чувствами. Запрыгнув в уходящий автобус, мы стали разглядывать пассажиров, прохожих в окне, машины, дома, все вокруг было из другой жизни...
- Нам выходить. – дернул за рукав Юрка.
Девушки жили в общежитии. Трехэтажное старое здание, с цветными занавесками и кактусами на окне, напоминал большой купеческий дом. Юрка бросил камнем в одно из окон, оттуда выглянула милая головка и пальцем указала на право.
- Полезем по «пожарке» на чердак. – деловито произнес Юрка.
С торца здания висела пожарная лестница. Ей часто пользовались, это было заметно по отполированным, металлическим перилам. Мы без особого труда добрались до чердака. Распугивая дремавших голубей, Юрка уверенно пробирался сквозь темноту к выходу.
- Я тут второй раз...сейчас балка будет, ниже наклоняйся. – предупредил он.
Наконец добрались до люка. Спустившись по лестнице вниз, мы оказались в длинном коридоре, с большим количеством дверей. Стараясь не скрипеть половицами, Юрка на цыпочках подошел к одной из них и поскреб ногтями. Дверь медленно открылась, он боком протиснулся внутрь, держа меня за рукав.
Это была небольшая комната с двумя кроватями, письменным столом и тумбочками. На стульях сидели две милые девушки, с интересом разглядывая нас и смущенно улыбались. Мы познакомились. Оля и Таня работали на городской телефонной станции. Оля, - круглолицая, с бойкими глазами была веселая и любознательная. Задавала вопросы и шутила. Таня была тихоня, с красивыми глазами и серьезным лицом.
Девчонки достали сыр с колбасой, бутылку вина, рюмки. На столе появились конфеты, печенье. Юрка разлил всем по очереди и подмигнув Оле произнес:
-За нашу бесперебойную связь!
Девушки хохотнули и залпом осушили рюмки. Настроение поднималось. Мы шутили, смеялись, рассказывали о нашей нелегкой солдатской службе. Границы между гражданкой и армией медленно стирались.
Стали пить чай. Оля заглянула в сахарницу и вздохнула:
- О-о! Сахар закончился. Придется к Маринке идти просить.
- Давайте я схожу. – предложил свою помощь .
- Сходи. В тридцать вторую постучишь… скажешь, Оля прислала. Только не шуми. – предупредила меня девушка.
Я взял банку и потихоньку вышел в коридор.
Тридцать вторая комната была рядом. Я слегка стукнул в дверь. Послышался внутри легкий шум. Небольшая пауза. Взлохмаченная копна волос, с удивленными глазами выглянуло из полуоткрытого проема.
- Оля,…прислала,…сахар просит. – позабыв все слова, прошептал я.
Щас. – ответила Марина и нырнула в комнату.
За дверью послышался мужской бас. Очень знакомый и родной.
Я просунул внутрь голову и обомлел. На кровати лежал наш командир роты, старший лейтенант Кацуба. Он смотрел в потолок и курил, выпуская густые кольца дыма. При очередной затяжке, его волосатая грудь поднималась вверх и опускалась при выдохе. Он повернул голову. Я пулей нырнул обратно.
Что случилось дальше, смутно помню. Только летели мы с Юркой вверх по лестнице на чердак быстрее ветра. За двадцать минут добрались до части. В роте уже спали.
Утром на разводе, наш командир внимательно вглядывался в лица и как-то особенно изучал черты личного состава. Я чувствовал его взгляд на себе. А может это мне казалось. Это осталось загадкой, которая со временем забылась и ушла в историю далёких 80-ых…
Друзья! Канал только создается. Будет много интересного и полезного. Подписывайтесь на канал. Ставьте лайки. Удачи Вам!