За последние 70 лет во всём мире лишь 45% эпизодов смены власти в автократиях привели к смене режима, а из них больше половины — это смена одной автократии на другую. Иными словами, лишь в 20% случаев за падением диктаторов последовала реальная демократизация общества. На основе цифр и исследований можно прикинуть, что случится с Россией после четвёртого срока Путина — если, конечно, предположить, что он будет последним.
Авторитарные режимы очень разные, поэтому их принято разделять их по типам: на милитаристские, персоналистские и однопартийные. С однопартийными режимами все понятно, в основном это сохранившиеся коммунистические страны: Китай, Куба, Северная Корея, а также Мексика, Танзания, Сингапур и другие. Милитаристские хунты — классическая история для Латинской Америки в XX веке: среди примеров Бразилия, Аргентина, Сальвадор. Хунта правит коллективно, принимая во внимание военную иерархию, и всегда может общим решением сменить лидера. В персоналистских режимах все решения принимает один человек: Хусейн в Ираке, Перон в Аргентине, Пиночет в Чили, Путин в России.
Разные типы режимов сильно отличаются по сроку жизни. Самые нестабильные режимы — милитаристские, в среднем они живут от 9 до 11 лет. Это объясняется тем, что у военных вообще-то есть другая профессия и при возможности они с радостью вернутся в казармы, вместо того, чтобы корпеть над очередным проектом бюджета. Поэтому они больше других готовы к переговорам. Самые длительные режимы — однопартийные (в среднем 35 лет). Персоналистские режимы обычно живут около 19 лет и почти никогда не переживают своего лидера.
Почему диктаторы в персоналистских авторитарных режимах так держатся за власть? Дело в том, что при смене режима в 76% случаев их личная судьба складывается крайне неблагополучно: их ждет смерть, изгнание или тюремный срок. В этом смысле даже Китаю повезло больше, чем нам: после падения однопартийного режима благодаря коллективной ответственности глава государства в 63% случаев продолжает спокойно вести частную жизнь. Миллионы партийцев не расстреляешь и не посадишь, поэтому в случае кризиса элиты более склонны вести переговоры с оппозицией, не опасаясь за свою судьбу.
Вот почему Путин так не любит именно Навального, а не других оппозиционеров: его единоличный приход к власти может обещать новую автократию, а значит мало что хорошего для бывшего президента. Лишь 16% диктаторов в подобной ситуации удалось спастись от репрессий.
Но есть и хорошие новости: по идее Путин должен быть сам заинтересован в построении демократии — или хотя бы может узнать об этом, если прочитает пару научных статей или этот текст. Дело в том, что при переходе к демократии шансы бывшего диктатора на спокойную старость сильно повышаются — с 16 до 36%. А еще в 40% случаев ему грозит всего лишь ссылка, которую можно легко представить на даче где-то на Мальдивах. Или в Геленджике.
Баррикады — это может и романтично, но опыт других стран показывает, что лучший способ перейти к демократии — это отказаться от мести и наказания и просто договориться с диктатором о комфортных условиях этой ссылки. Цифры безжалостны: лишь в одном случае из пяти насильственное свержение режима — в виде заговора, народного восстания, иностранного вторжения или бунта элит — приводит впоследствии к установлению демократии. И чем больше при этом пролито крови — тем меньше шансы. При ненасильственном переходе власти — в виде свободных выборов или реформ изнутри — успеха удается добиться в 70% случаев. Но в целом надежды мало: в прошлом лишь 15% персоналистских авторитарных режимов отдавали власть мирным путем.
Библиография
Geddes B. What do we know about democratization after twenty years? Annual Review of Political Science 2(1), June 1999, pp. 115-144.
Geddes B., Wright J., Frantz E. Autocratic breakdown and regime transitions: a new data set. Perspectives on Politics, Vol.12 (2), June 2014, pp.313-331.
Hadenius A. Pathways from Authoritarianism. Journal of Democracy, Vol.18 (1), January 2007, pp. 143-157
Weeks J. Strongmen and straw men: authoritarian regimes and the initiation of international conflict. American Political Science Review, Vol.106 (2), May 2012, pp.326-347.
Кстати, мы не только считаем годы правления мировых диктаторов, но и делаем короткие видео о самых спорных темах сегодняшнего дня. Например, о коррупции и ГМО. Посмотреть их можно на нашем Youtube-канале.