Утром кот Нильс совершил экспансию на ребенкин роликовый конек. Правый.
Нильс кастрюльно-коробочный кот, он любит забираться во все и всяческие емкости и ни разу не смотрит на размеры своей задницы, когда пытается примерить на себя очередное убежище. В этот раз, как и в прошлые, конек на него влез не дальше ушей, а потом поехал и придавил коту лапу. Кот с себя предмет стряхнул, но обиду затаил, и поскольку обидевший его конек уже валялся на полу и упасть не мог никуда (хотя за колесико он его укусил, да), то Нильс сшиб с колес второй ролик, одновременно отскакивая, и был собою горд, потому что победил. Тем более, что об раскиданные коньки немедленно споткнулся несущийся за кошкой Дуурой брат Митька.
Но сегодня Нильса постигло фиаско. Он внезапно обнаружил новый неосвоенный объем - младенец Матвей, разнося кухню, выволок наружу дуршлаг, и Нильс попытался в этот дуршлаг залезть, но поскольку одна только нильсова корма давно превысила объем трехлитровой банки, то в дуршлаг поместились только передние лапы, а попытка поместить туда задние окончилась тем, что дуршлаг безответственно поехал по полу, и Нильс, чьи передние лапы поехали вместе с ним, стукнулся мордой о его край.
А потом дуршлаг перевернулся и опешившего Нильса накрыл в лучших традициях пастофарианства.
Кот Митька примерно в это же время желал прыгнуть на кухонное пристолье, но, как с ним часто бывает, слегка сэкономил силы и зацепился только передними лапами. И на его беду, передние эти лапы зацепились не за столешницу, а за кухонное полотенце.
А на полотенце мирно сохли пять штук ложек, половник и пара вилок. И краем на полотенце стояла пепельница...
Посыпанный пеплом, бычками и кухонными приборами Митька был обнаружен за диваном, когда я, не досчитавшись одной вилки, пошла по его следу. Вилка нашлась в коридоре.
Интересно, в какой части тела он ее туда унес?