Написано для блога про путешествия https://t.me/TravelRebel
Песня «Barcelona» была издана в 1987-м году и позже вошла в одноименный альбом Фредди Меркьюри и Монсеррат Кабалье.
Также эта песня стала гимном Олимпийских игр в Испании в 1992-м году.
А история у нее такая:
Меркьюри очень хотел познакомиться с Кабалье, что ему удалось. При встрече он передал ей кассеты со своими песнями, которые очень впечатлили испанскую диву (одну из них она даже исполнила на концерте в Лондоне). А через месяц Фредди и Кабалье начали работу над совместным альбомом. Кабалье попросила написать его песню о родном городе. Соавтором композиции стал Майк Моран.
После Монсеррат и Меркьюри несколько раз выступали совместно. К тому моменту вокалист был тяжело болен СПИДом, поэтому это были последние выступления на публике.
Барселона...
Это была наша первая встреча
Барселона..
Как я смогу забыть
Тот миг, когда ты появилась на пороге?
У меня перехватило дыхание!
История, рассказанная самой Кабалье в прессе:
"В 80-х годах мэр Барселоны предложил мне поучаствовать в подготовке к Олимпийским играм 92-го года. И в день, когда Барселону избрали столицей будущей Олимпиады, я попросила, чтобы мне дали возможность сделать что-то современное, что-нибудь такое, что могло понравиться молодежи, но только не оперу. Ведь Олимпийские игры по духу и сути - молодежный праздник.
Моему брату Карлосу пришло в голову подумать о Фредди. Он был человеком, который искренне любил оперу. И к тому же он был моим поклонником. Фредди мне признавался, что собирает все мои диски, и приезжал даже на мой концерт в Нью-Йорк, когда я пела Вагнера, что меня сильно удивило, потому что такую музыку могут понимать только очень разборчивые и профессиональные люди. Поэтому мы и подумали о Фредди. Оставалось только понять, понравится ли эта идея ему самому - создать что-то совместное...
...Фредди приехал. Он принял меня в отеле, где остановился, в огромном салоне, там стояли три рояля и большой современный пульт для записи музыки. Он спросил меня, что бы я хотела. Я говорю - не знаю, знаю только, что хочу не оперу, это вы мне должны сказать, что сейчас модно. И удивительно - потому что никогда не думаешь, что поп-музыкант может быть таким музыкальным, - он садится за рояль и начинает импровизировать. Я тут, как всегда, влезла со своим оперным снобизмом. Удивленно спрашиваю: вы играете на рояле? Он на меня посмотрел, конечно, совершенно уничтожающим взглядом и так по клавишам Шопена как заиграл - тарара-тарара. Я остолбенела просто. Говорю: очень хорошо играете. Он засмеялся и говорил, я в юности серьезно изучал музыку, занимался и композицией, и роялем, и вокалом. Я спрашиваю: и какой же у вас был вокал? Я-то ведь слышала только, как он рок поет. Он говорит - баритон. И начинает мне петь гаммы. Я думаю - и действительно у него баритон. Тогда спрашиваю: почему же вы не поете таким красивым баритоном? А он говорит: потому что мои поклонники тогда не придут на мои концерты. Ха-ха-ха... В общем, он сыграл еще немного импровизаций, и мы решили, что Фредди сделает макет нескольких мелодий и мы обсудим это, когда я приеду в Лондон петь в "Ковент Гардене". Это было в конце 87-го года. В Лондоне у него дома мы послушали четыре или пять мелодий, из них более-менее законченной линией была та, которая потом стала "Барселоной". Она мне и понравилась больше всего. Там еще не было слов. Но сама мелодия мне показалась очень красивой. Когда все было готово, мы получили одобрение и разрешение мэра Барселоны исполнять это как официальный гимн Олимпиады. Для меня это было огромное событие. Мало того что это была встреча и работа с настоящим музыкантом высочайшего профессионализма, но еще и удивительный опыт, когда стирались границы между такими разными жанрами - оперой и поп-музыкой."