Дамад Ферхат-паша во время несения государственной службы отличался особой жадностью и несправедливостью к своим подданным, потому и лишился жизни на 4 десятке лет.
Изначально паша занимал мелкие посты и не представлял особого значения для государства. Но после участия Ферхата в походах и подавлении восстаний, султан Сулейман выдал за него свою сестру Бейхан.
После свадьбы паша вместе с женой уехал в свой дворец и не появлялся в столице вплоть до своего назначения третьим визирем османского государства. Это назначение досталось ему по праву, но он не смог им полностью воспользоваться.
В истории существует много мифов и слухов о нем. Но ясно одно: паша был жестоким и алчным деятелем.
Поговаривают, что даже после строгого предупреждения султана, когда его жизнь спасли только жена и тёща (валиде-султан), он продолжал безобразничать - брать взятки и раздавать несправедливые приговоры своим врагам.
Когда главным визирем был назначен Ибрагим-паша, Ферхат совсем распоясался. И после очередного хамского выпада в адрес великого визиря был казнен повелителем, который лично присутствовал на казни.
Бейхан-султан отреагировала на кончину своего мужа агрессивно и произнесла одну решающую фразу: «Ты мой султан, но не брат». После этого во дворце её больше никто не видел.
Та же ситуация произошла и с мужем Хатидже-султан в будущем. За исключением того, что он был виновен только в том, что слишком приблизился по власти к самому султану. Ибрагима-пашу казнили из-за его бесконечной гордыни и честолюбия.
Через несколько лет султанши-сёстры встретились. Бейхан напомнила свои слова: «Ты не поймешь меня, пока сама не потеряешь мужа.
Дамад Ферхат-паша состоял в близких отношениях со своей женой. По этой причине она его представляла с лучшей стороны перед повелителем, и тому прощались грехи. Но всему есть конец. Историки говорят о Ферхате, как о человеке, не знающем мер и границ, которого в итоге наказали его собственные амбиции.
Уже через несколько дней никто во дворце не вспомнил о существовании Ферхата. Все приняли это, как должное. Кроме Бейхан-султан. Между ними существовала крепкая связь, которую нельзя было разорвать.
Валиде-султан также поддерживала зятя – по ее просьбе его в первый раз помиловали, только понизили по службе, назначили санджак-беем менее важной провинции. Но это не стало для него наукой.