Кот, именуемый Митька, не умеет брать лакомства из рук. Ну вот не умеет, и все. Будет вертеться, круги нарезать, ляжет-полежит, истекая слюнями, понюхает, закатит глаза, репой своей лысой потрется о колбасу, покивает, показывая, куда положить, побегает по кухне до обеденной газетки и обратно - но с руки не возьмет. Как-то дойдя до полного озверения, руку эту мою с обрезком сыра к полу прижал лапой и только тогда кусок схватил (чуть не вместе с пальцем) и сожрал.
Сыр, кстати, ест только он, Нильс сыра не понимает. Если я машу котам сыром, Нильс подбегает первым (он почти всегда подбегает первым - он, похоже, все еще растет), нюхает и смотрит на меня, как на дуру - "Ты б еще кирпич предложила, женщина!". И тут неожиданно между Нильсом и сыыром возникает из ниоткуда Митькина белая рожа. Только что не было, и вот - пасть открыта, класть сюды. Сыр я могу и на пол бросить, ибо не мясо в соусе, чтоб потом кухню не оттирать, и Митька провожает полет куска носом, вплотную. Такое ощущение, что он вдохом этот сыр к носу присасывает и аккуратно на пол кладет, как ему удобно.
Нильса Митькин интерес озадачивает, и он пытается уточнить - может, от падения оно съедобнее стало? Но фиг - Митька задницей ловко оттирает брата и в его жующем подвыве ясно слышится -
"НеЛюбишьТыЭтоЭтоНесъедобноТебеНеНадоТыЭтоНеЕшьУйдиОтсюдоваУкушуууууКогдаПрожуюууу". Нильс садится на хвост с выражением недоумения на морде лица - он же точно знает, что Это не едят, что ж Митька нервничает? Может, если Митька Это пожевал, Оно стало таки годно в Пищу?
Нильс снова суется понюхать, получает по бакенбардам и обижается. Посидев немного обиженным, он решает, что обида неконструктивна, чувства нужно выражать и прямо из сидячего положения кидается на брата - если не ТуСтраннуюГадость, то хоть от Митькиных лысых ушей кусок отъесть.
Поскольку котов, жующих друг друга, я наблюдаю в день эпизодов 50, от очередной серии я отвлекаюсь, чтобы заняться чем-нибудь относительно умным...
Так вот... Предложенный в процессе моего ужина минут 20 назад кусок колбасы Митька из пальцев не взял, а газетка в кошачье-пищевом углу отсутствовала и бросать гостинец туда я не стала. А положила я его назад на сковородку и вышла из кухни ровно на 30 секунд, чтобы сообщить супругу - или он ест ужин, или он ест ужин холодным.
Супруг встал и вышел на кухню.
30 секунд.
Колбасы в сковородке уже НЕ БЫ-ЛО. То есть был тот кусочек, что предлагался Митьке, а супругова порция испарилась. Вся.
Митька облизывался и тер усы лапой.
А чо? Все правильно. Ему показали, что есть и положили так, чтоб было удобно. Он и съел. Один кусок из двух, он не жадный, он всегда поделится. Иначе - зачем показывали-та?
30 секунд.
(Кот реальный, сыр, извините, интернетный, потому что - 30 секунд)