Поведение американцев во время вооруженных конфликтах не вызывает удивления, уже знаем, были на то годы холодной войны и "дипломатии авианосцев". Поэтому нетрудно в общих чертах, на основании открытых данных, осветить схему действий в предстоящем ракетном конфликте вокруг Сирии. Предположительно, США, не нанесут ракетного удара ранее подхода группы кораблей во главе с атомным авианосцем USS Harry S. Truman, так, как только в этом случае американцы будут располагать необходимым арсеналом крылатых ракет, а также ДРЛО, РЭП и РЭБ. Таким образом, первое «окно» для такого удара откроется, скорее всего, в ночь по местному времени с 20 на 21 апреля. Для гарантированного поражения правительственных объектов в Сирии, с учётом возможного противодействия российской группировки и обязательного противодействия сирийских войск летящим волнам крылатых ракет, американцам придётся запустить порядка 250-300 ракет Tomahawk. Это ставит США заранее в очень неприятное положение, так как, независимо от результатов, которые будут достигнуты американским ударом, Вашингтон справедливо обвинят в разрушении целой страны в угоду бездоказательным обвинениям и неуравновешенным амбициям североамериканских политических лидеров. Если же ракетный удар будет носить «ограниченный» характер, то есть, например, с эсминца USS Porter и, возможно, присутствующей на огневых позициях американской атомной подводной лодки, будет запущено 60-120 ракет Tomahawk, то, с учетом возможного российского противодействия (а перед российской группировкой наверняка будет стоять задача защитить воздушное пространство сирийского союзника, не вступая в прямой огневой контакт с носителями ВМС и ВВС США), количество ракет, достигших цели, окажется настолько небольшим, что даст повод Дамаску и Москве квалифицировать результаты налета как позорный провал Вашингтона. Заметим, что такой «ограниченный» удар может быть и весьма осмысленным актом, если он будет предпринят за несколько суток до основной операции. В таком случае это будет разведка боем, в ходе которой США попытаются собрать данные об организации системы обороны сирийского воздушного пространства. Однако для проведения такой разведки нужна сильная политическая воля, так как ее внешне обескураживающие результаты могут подвигнуть политиков в Вашингтоне к отмене сирийской операции вообще. В вышеприведенных выкладках предполагается, что США не будут наносить ракетных ударов в направлении авиабазы Хмеймим, и по сирийским объектам, курсы выхода на которые могут быть истолкованы российским военными, как угроза своей группировке. Вероятно, прямой конфликт с Россией сейчас все же не в интересах США. Если же военные США будут наносить удар в том числе и по базе Хмеймим, детализация этой части сценария по понятным соображениям не будет раскрываться. Американцы предполагают, что Россия не будет использовать ракеты «Калибр» по группировке ВМС США. Разумеется, и американские, и российские военные знают, что того количества крылатых ракет «Калибр», что может быть использовано в рассматриваемом регионе, недостаточно для прорыва ПВО американской АУГ. В то же время «Калибров» более чем достаточно для гарантированной зачистки проамериканских боевиков и их инфраструктуры в Сирии. Это вопрос политического решения, и это компетенция российского политического и военного руководства. В то же время американцы предрекают, что если в конфликте Россия и использует гиперзвуковые комплексы «Кинжал», то только по наземным целям, по базам проамериканских группировок или объектам ИГИЛ. Американцам удобно и приятно так думать. Между прочим, для прекращения сирийского кризиса, скорее всего, хватило бы одного заявления российского руководства, что группировка ВКС, оснащенная комплексом «Кинжал», развернута на одной из авиабаз на Северном Кавказе и может, в случае необходимости, быть применена по любым целям. На совершенно иной уровень баланса угроз ситуация может быть выведена, например, формальной покупкой (или арендой) со стороны сирийского правительства, нескольких единиц комплекса «Кинжал» и его носителей. У сирийцев наверняка будет намного меньше сомнений и сантиментов, уничтожать американский атомный авианосец, или нет. Аналог такого решения – покупка Турцией немецких линейного крейсера «Гебен» и легкого крейсера «Бреслау» в 1914 году, сыгравшая ключевую роль в вступлении Турции в Первую мировую войну на стороне Центральных держав. Экипажи «купленных» Турцией крейсеров, кстати, тогда так и остались германскими.