См. также первую часть рассказа о самых древних грифонах Ирана, Египта и минойской цивилизации.
Микенские изображения грифонов находят практически везде, где существовали цитадели бронзового века, но, к сожалению, в очередной раз приходится повторять, что у нас нет письменных источников, рассказывающих о столь занятном предмете, как фантастическая зоология.
Но как только мы переступаем рубеж темных веков, можно говорить о письменной фиксации грифонов в литературе. Первым, по-видимому, их упомянули поэт VI в. до н.э. Аристей из Проконесса в поэме «Аримаспея», Эсхил (525 до н. э. - 456 до н. э.) в «Прометее» и Геродот в «Истории».
*Аристей* сообщает, как он, одержимый Апполоном, прибыл к исседонам, где узнал об их соседях, аримаспах (людях с одним глазом) и гипербореях. Также исседоны рассказали ему о четвероногой птице, размерами льва, обитающей в горах и охраняющей золото. К сожалению, сама поэма сохранилась лишь в виде нескольких цитат у других авторов.
На севере же Европы, по-видимому, есть очень много золота. Как его там добывают, я также не могу определённо сказать. Согласно сказанию, его похищают у грифов одноглазые люди – аримаспы.
Геродот "История"
Еще интересно, что личность самого Аристея обросла в пересказе Геродота удивительной биографией, по которой он неожиданно исчез в одном городе и затем несколько раз появлялся в другом, и повелел установить алтарь в честь Аполлона. Именно этот солнечный бог чаще всего изображался в колеснице, запряженной грифонами. В Дельфах, где было его прорицалище, сохранилась масса артефактов с грифонами, которые я поместила в галерее, и там вообще теперь очень много новых картинок.
Хотя всё-таки в Греции грифоны — по большей части общепризнанные хранители золота, и в этом, мне кажется, тоже есть момент десакрализации древних символов минойской религии, где грифоны были намного большим, чем просто сторжевые животные. Возможно, они могли быть такими же проводниками и спутниками в иномирье, как и Дедал на печати из Астракуса, ведь часто именно они сопровождают минойскую верховную богиню и царя, как её наместника (сына, мужа?) на земле.
Конечно, в качестве охранников они чаще всего выступают и на всех предметах искусства бронзового века, но хранят они явно не просто золото, а нечто более важное, сакральное, например, путь в иномирье или нерушимость предвечного закона.
Отголоски этого смыслового значения заметны в том, что грифоны были впряжены в колесницу богини возмездия Немесиды, что, возможно, символизирует быстроту воздаяния за грехи. Будучи воплощением Немесиды, они вращали и колесо судьбы.kylix about 4th century B.C. Athens
Грифонов с одноглазыми аримаспами также связывал Эсхил в «Прометее прикованном», где они охраняли скалу с прикованным похитителем огня.
Ктесий в "Индике" писал об индийских грифонах, охранявших золото, которое добывают:
…в высоких горах, на которых обитают грифы — четырёхфутовые птицы размером с волков, с лапами и когтями подобными львиным. Всё их тело и крылья покрыты чёрными перьями, лишь грудь красная.
В жизнеописании легендарного пифагорейца Аполлония Тианского, написанного Флавием Филостратом в начале III в. н.э. говорится, что грифоны клювом высекают золото из скал и строят из него гнезда. Грифоны также «почитаются посвящёнными Солнцу (Гелиосу)— потому индийские ваятели изображают колесницу Солнца запряжённою четвёркой грифонов».
Плиний Старший в «Истории природы» пишет, что грифоны обитают в Скифии, где добывают золото, он же одним из первых написал немало об «ушах» и «крыльях» грифонов. Помните, кстати, скифских грифонов в Эрмитаже, например? Я их тоже в галерею добавила, и теперь там ко всем картинкам подписи есть с датировками, а то не комильфо без них, конечно.
Римляне, как приемники классической Греции, конечно не могли пройти мимо такого мощного символа, так что в эпоху Империи мы встречаем грифонов также повсюду, от монет до картибул (видов столов с резным каменным основанием, именно такой с изображением грифонов был найден в Помпеях).