Эту историю приводит фольклорист Балашов. Он записал ее со слов Ириньи Кожиной из деревни Варзуга на берегу Белого моря.
Юный родственник Ириньи, подросток явился однажды домой средь бела дня пьяным в дым. Мальчонка едва держался на ногах. Завидев его в таком непотребном виде, Иринья рассвирепела. Она вспоминает:
— Забранилась я — а, черт тебя возьми. Так его как ветром схватило, он так и побежал.
Демонический Крампус, уносящий непослушных детей
Стремительный бег подростка по деревенской улице наблюдала большая группа очевидцев. Стояли в тот момент на улице кучкой мужики, прохлаждавшиеся в пересудах о том о сем.
Иринья выскочила следом за сбежавшим мальчонкой на порог своего дома и истошно завопила, взывая о помощи. Мужики правильно поняли ее крики. Они кинулись догонять подростка.
Однако, вспоминает Кожина, «настичь никак не могли». Мальчишка несся как ветер! Несколькими секундами ранее валившийся в пьяном угаре с ног, он сейчас уходил мерной рысью, не оглядываясь, от деревни по лесной дороге прочь.
На счастье, ехали ему навстречу по той дороге на оленьей упряжке другие мужики. Они увидели убегавшего. Увидели и группу преследования. Кто-то из них, соскочив с саней, бросился подростку под ноги, кто-то огрел по голове кулаком.
Брыкающегося пацана оплели веревкой и с торжеством доставили в деревню. Думали: поймали вора. Но, когда рыдающая Иринья рассказала мужикам, как было дело, те только руками развели да перекрестились.
Сравните рассказ Ириньи Кожиной с сообщением Дарьи Архиповой из деревни Стеги Псковской области. Сообщение приводится в книге «Сказки и легенды пушкинских мест» фольклориста В. Чернышева.
По утверждению Дарьи, где-то в начале 20-х годов 19 века жительница соседней деревни Поженки шла как-то раз вместе со своим шестилетним сыном по лесу.
Мальчик, чем-то расстроенный, все время плакал на ходу. Женщине надоели его слезы. Она возьми да и скажи: «Пускай тебя черти возьмут!» И ребенок тут же исчез, хотя еще некоторое время женщина ясно слышала его плачущий голос, раздававшийся как бы из ниоткуда, из пустоты.
Безутешная мать бросилась в деревню, прибежала к священнику:
— Батюшка, помоги моему горю.
Священник, не мешкая, отправился рука об руку с ней к месту исчезновения мальчика. И там услышал его плач, несущийся непонятно откуда.
Опешивший святой отец принялся читать воскресную молитву, другие молитвы. Все тщетно. Тогда он сказал женщине: «Теперь мальчонку не возвратить. Прокляни его совсем, без остатка, чтобы не слышать и его голоса!» Что женщина тут же с испуга и сделала.
Голос пропал. Больше никаких вестей об этом ребенке в деревне Поженки не поступало.
Чернышев записал в тех же краях еще одну сходную историю. Престарелая Акулина Башкова рассказала ему: одна местная девица, комсомолка, захотела отправиться на танцы. А ее мать, весьма религиозная, запретила ей делать это, ибо в тот день был какой-то религиозный праздник.
Комсомолка в ответ сказала матери — мол, плевать я хотела на твои запреты. И вышла из дома вон, направляясь на молодежное гулянье.
Башкова рассказывает:
— Мать осерчала и заругалась на нее худо. «Черт бы, — говорит, — вас подхватил с гулянкой вашей!».
В ту же минуту девицу на воздух подняло, все равно как птица на крыло посадила, и таскало три часа. Потом притащило на то же самое место и бросило. Она немного пожила и померла со страстей. Ее всю переломало. Только все рассказывала, как ее таскало.
Василий Сынчиков, старожил деревни Пянтина на реке Онеге, тоже рассказывал в начале XX века фольклористу Ончукову, как одного его земляка «таскало». Люди работали на поле близ деревни Кривой Пояс, и вдруг «видят — мужик по воздуху летит». Стали его ловить, ибо он с каждой минутой спускался все ниже и ниже.
— Запоймали, да не могут в руках-то удержать. Все-таки как-то удержали. Он потом в беспамятстве был с неделю; думали, помрет. А выздоровел.
А вот вам еще пример. Зиновьев записал рассказ Ирины Рязанцевой из села Крупянка Читинской области:
— В селе Кангиле свадьба была. Вот мать готовит пищу к свадьбе, а ребятишки под руки лезут: того дай, другого. Она сгоряча и взревела на дочку: «Да чтоб тебя леший унес в бесповоротную сторону!».
Да, видно, в недобрый час сказала. Девочка выбежала из-за стола и побежала, а сама ревет: «Дяденька, подожди! Дяденька, подожди!». Народ смотрит — что же это девочка бежит? Ну, как вихрем ее несет! Не могут догнать…
Лишь на конях удалось настичь девчушку — уже в лесу, далеко от деревни. Малолетнюю девчушку. Как и подросток, посланный к черту Ириньей Кожиной, девочка уходила от преследовавших ее всадников невероятно быстрым, нечеловеческим аллюром.
Таким образом, прямой контакт с нечистой силой, инициируемый человеком, возможен, по всей видимости. Для создания ситуации контакта достаточно в «недобрый час» послать человека к черту…
