Ближе к концу лета поспевал горох. Мотаясь по каким-либо делам, мы наводили ревизию созрел или не созрел на колхозных полях. У гороха есть одна особенность, сначала само растение зелёное, высокое, сочной, а стручки пустые. По мере созревания стручки становятся толще, а растение чахнет. Поэтому у спелого гороха стручки отлично видно, а собирать легко. Поэтому чаще всего мы набирали непосредственно горох стручками, в мешок или в ведро. По объёму обычно пару ведер. На дорогу, стручками набивались все карманы. Мне всегда нравился переспевший и чуть подсохший горох. Сами горошины у него уже слегка альденте. Вкус у них особенный. Поэтому я старался набрать именно такие стручки. Они обычно жёлтые или желтоватые. Отрываешь бывший цветок и тянешь за него вдоль стручка за выходящую из него зелёную нить. Как только дошёл до конца, стручок своими створками раскрывается, обнажая спелые горошины. Горошины при этом не падают, если стручок открыт с правильной стороны, а держатся на крохотных ножках-стебельках. Дальше у всех была разная технология поедания. Кто-то горошины руками в ладонь отправлял, а потом уже в рот, я больше любил вставить раскрытый строчок в рот горошинами вниз, прижав стручок пальцами к нижним зубам и потянув изо рта. Горошины с треском отрывались падали на язык. На горох собиралась вся родня. У летней кухни стояли две большие скамейки друг напротив друга. Так что мы садились почти кружочком и шелушили. Дед в такие минуты обычно говорил свою коронную фразу – ну всё, ночью у дома крышу сорвёт. Всю мощь данной фразы можно было понять, а главное прочувствовать, если ближе к утру по надобности выходил до ветру и попадал из предутренней свежести в «гороховое царство». А вы любите свежий горох?