В истории мировой литературы Омар Хайям – один из самых загадочных поэтов. Ни один другой поэт не прославился настолько своими стихами, при этом в их совершенно неверном понимании.
В персидских стихах часто бывает два смысловых уровня – внутренний и внешний. В Персии (Иране) Омара Хайяма нередко воспринимают как возвышенного учителя-мистика, а его «Рубайат» – как суфийский текст с зашифрованными тайными знаниями.
В истории мировой литературы Омар Хайям – один из самых загадочных поэтов. Ни один другой поэт не прославился настолько своими стихами, при этом в их совершенно неверном понимании.
«...К сожалению, большинство западных читателей воспринимают Омара как языческого поэта эротики и пьяницу, которого интересует только вино и земные удовольствия. Это характерное недоразумение имеет место и по отношению к суфизму вообще. Запад судит об Омаре, исходя из собственных представлений. Но если мы хотим понять Восток, нужно попытаться взглянуть на восточные тексты глазами людей, живущих там, – пишет профессор Чарльз Хорн в предисловии к «Рубайяту» Омара Хайяма (1917 год).
– Для многих жителей Запада будет неожиданностью узнать, что в Персии нет споров относительно стихов Омара и их значения: автор почитается как великий религиозный поэт. Его восхваления вина и любви представляют собой классические суфийские метафоры: под вином понимается духовная радость, а любовь - восторженная преданность Богу... Омар не выставлял свое знание напоказ, а завуалировал его. Абсурдно относиться к подобному человеку как к бражнику и бездельнику, однако его глубокие стихи, кажущиеся на первый взгляд поверхностными, вводят в заблуждение».
Поэзия Омара Хайяма явилась всему миру в английских переводах Эдварда Фитцджеральда, представившего его как материалиста-безбожника. В биографическом очерке «Омар Хайям – персидский астроном и поэт» он писал: «Не сумев найти Судьбы и Провидения, а также иного, чем наш, мира, он решил извлечь максимум из того, что есть. Он предпочитает успокаивать душу, предоставляя чувствам те из окружающих вещей, которые они требуют, а не заботиться о том, что лишь может быть потом…».
По мере появления новых переводов Хайяма началась полемика относительно представления образа поэта Фитцджеральдом. Все больше ученых склонялись к пониманию поэзии Хайяма как мистической философии. Он использовал термины из мистического словаря поэтов-суфиев. Так, одной из центральных тем «Рубайата» была тема вина.
Продолжение следует.