-Давно хочу тебя спросить, вот ты старый водитель, прошел три войны, тебе приходилось ездить на разных автомобилях, у тебя огромный опыт в эксплуатации автомобилей разных стран, а скажи мне: как тебе кажется, какой автомобиль тебе бы подошёл, какой автомобиль ты бы выбрал, для работы, какая машина тебе больше нравилась, или нравится, так сказать, грузовик номер один для наших условий, дорог, людей?
-Ну и вопросы ты задаёшь! Тут надо закурить.
Старик свернул самокрутку, и прикурив, задумчиво пыхнул синим дымком.
-Ну, конечно, американские грузовики хороши! Взять тот же "Студебакер" (произношение сохранено мной), едешь на нём как король! И тепло,и удобно, и шума меньше, да и мощь в нём немалая. Но уж слишком капризен, требователен к маслу, а особенно к топливу.
Старый водитель опять пыхнул облаком синего дыма, и задумчиво посмотрел куда-то перед собой. Непривычный запах сгоревшей бумаги и махорки теперь полностью окружил и меня.
-Немецкие машины тоже хороши, но в ремонте сложны, а иногда отдельные агрегаты надо целиком менять из-за одной детали, но не во всех организациях есть возможность повторить эти детали в металле, да если наши и сделают, то всё равно машина становится - "уже не та"
Он опять задумался. Густая струйка синего дыма шла вертикально вверх, наверху растворяясь. и превращаясь в щекочущий горло аромат.
-Наши машины по сравнению с ними, конечно, плоховато выглядели. Но ,зато ты знал, случись чего ты всё равно доедешь куда надо. Даже если движок , не дай Бог, стуканёт, ты его тут же, на месте разберёшь, баббиты зальёшь, соберёшь, и поедешь дальше, и всё это за одну ночь. Неприхотливы они были, машины наши. А в то время это был большой плюс.
Опять наступила пауза в разговоре. Вдруг лицо пожилого человека осветила улыбка.
-Я знаю какую машину я бы выбрал только эту. Газогенераторную. Был такой грузовик, вроде бы он назывался ГАЗ - 42. Мне пришлось поработать на такой после войны.
-Это, я тебе скажу, мечта. Полная свобода! Сам себе хозяин! Никто не интересуется сколько у тебя пробег за рабочую смену, никаких талонов на бензозаправку, никаких отчетов перед конторой по поводу километража и потраченного бензина. Ничего подобного! Только ты и машина! Не забудь только мешок, ножовку, и топор. Ну и, конечно не забывай дровишки в генератор подкидывать.
-Эксплуатировать эту технику было легко! Едешь себе куда надо, а когда возникает потребность в дровах, просто останавливаешь машину возле какого нибудь леса, нет леса, возле посадок, выходишь и рубишь дровишки мелко. Можно прямо сразу доложить в генератор, а можно и про запас нарубить. Но про запас много рубить смысла нет, потому что лесопосадки ты везде найдёшь. И конечно не забывать золу из под колосников вычищать. Дело привычное, ведь у всех в то время печи дома были.
Процесс нехитрый, особенно для старого водителя - в процессе горения твёрдого топлива образуется горючий газ, который под действием вентилятора, проходя через очистители и охладители, через смеситель поступает в двигатель. Но при этом двигатель теряет в мощности, хотя это стараются компенсировать увеличением числа сжатия, и понижением передаточного числа. Но - тише едешь - дальше будешь.
Между тем он продолжал:
- У меня даже случай один был интересный с этой машиной. Поехал я раз в командировку в один крупный город за пол тысячи километров от моей организации, где я работал. Мне так, и сказали, когда отправляли: ты у нас ездишь не на бензине, так что, как приедешь так приедешь. И я уехал. Возвращаться пришлось полупустым, машина весело бежала по дороге. Вдруг, вижу, на дороге человек стоит, руками машет. Остановил. Оказалось -
местный председатель колхоза. "Выручай", говорит, "поработай у меня хоть неделю, дрова мы найдем, еды тебе будет - сколько съешь, спать будешь на пуховой перине, самогона сколько хочешь, и ещё потом и еды и денег с собой дам, только поработай. А то в райкоме уже предупредили - если не успеешь с уборкой урожая, суши сухари, а у меня жена, дети". А времена были голодные, да и детей его жалко. В общем поработал я у него почти месяц, не обманул, и денег и продуктов с собой в дорогу дал.
"Короче, не машина, а клад" - так закончил свой рассказ ветеран.