Бордель можно было найти в любом средневековом городе: с 1273 года — в Аугсбурге, с 1278 года — в Вене, с 1292 года — в Гамбурге, с 1293 года — в Базеле, с 1300 года — в Эсслингене. В Штеттине в 1309 году была целая "женская улица", граничившая с городской стеной (возможно, само название "бордель" объясняется расположением на окраине, по-французски bord — "край"). В 1403 году Регенсбург называет свой бордель "свободным домом, получившим разрешение совета".
Бордели в те времена по большей части называют женскими домами.
Необходимость женских домов никем не оспаривается, ведь они служат не только для защиты благопристойных девушек и женщин, но и для надзора за "безнравственностью". Бордели не бывают частными заведениями, которые городская власть всего лишь терпит, обычно это собственность города, князя, а то и церкви, ими управляют должностные лица или арендаторы. Объявлять девушек служащими — так сказать, специалистками по общественным связям — было бы слишком смело, тем не менее они находятся в ведении властей. Занятие подобным ремеслом на законных основаниях — красноречивый штрих городской жизни. Даже совсем незначительные по числу жителей города хотят иметь свой женский дом, скорее они откажутся от ратуши, чем от такого доходного дела. Промысел тщательно регулируется, о здоровье проституток заботятся, они находятся под защитой города, как и сами женские дома.
Женщины, зарабатывающие на жизнь таким образом, равно как и люди, руководящие заведениями по поручению властей, хоть и считаются грешными в глазах общественности, но признаются безусловно необходимыми, поскольку противодействуют распространению среди горожан "еще большего греха".
Чем больше людей посещает женские дома, тем больше от них прибыли. Арендаторы уплачивают изрядные пошлины казне, а порой даже епископам и духовным учреждениям. Тот факт, что духовное лицо владеет женским домом и получает прибыль от такого рода деятельности, отнюдь не считают возмутительным. Даже папская курия в Риме имела доходы от женских домов, в XVI веке временами достигавшие двадцати тысяч дукатов в год. Имеются свидетельства, что епископ Страсбургский, в 1309 году разрешивший открыть женский дом, и архиепископ Майнцский получали ежегодные доходы от "свободных дочерей". Случалось, что заведение числилось собственностью правителя, как это видно из ленного договора 1395 года, в котором в качестве владельца "общего женского дома" в Вене упомянут герцог Альбрехт IV Австрийский.
из книги Александра Бальхауса «Любовь и секс в Средние века»