Высокий рост и очень хрупкая фигура с неестественно худыми руками и пальцами, под которыми музыкально хрустят страницы книг. Выступающие сквозь любимый вязаный свитер рёбра. Бледная кожа. Просвечивающие слишком ярким голубым вены. Царская кровь. Искусанные губы, прячущие ровные ряды жемчуга. Иссиня-чёрные волосы, собранные в рваный хвост, слегка вьются и непослушными нитями спадают на карие, как крепкий чай, глаза. Слишком мудрые для молодого парнишки. Ему всего 300 лет. Чертовски мало на фоне тысячелетий.
Поверх когда-то белого свитера грязно-серое пальто с огромными карманами и только половиной пуговиц из дорогих камней. Полуперчатки и протертые на коленях джинсы. Босые ноги. Из кармана торчит пачка сигарет, затасканная, но почти полная. Туман. За плечами видавший виды рюкзак, где в аккуратном беспорядке сложены книги, краски с практически полностью использованными тюбиками серого, синего, белого и черного. Только на половину- светлая охра, меньше четверти - кармин. Остальные лежат обидно нетронутыми. Там две кисти - тонкая и толстая. Юношеский максимализм. Из крайности в крайность. Как наводнение. И потертый альбом. К рюкзаку привязаны старые ботинки, верой и правдой служащие своему владельцу, слишком любящему асфальт.
Пит любит читать. И рисовать. Днём он гуляет по крышам, напевая никому не известный мотив, а с двенадцати танцует с красавицей ночью, облаченной то в чёрное, то в белое платье. До кровавого рассвета, припорошенного исторической пылью.
Он любит дождь , как никто другой. Может поэтому его волосы всегда немного мокрые.
У Пита смешная и трогательная улыбка с прикрытыми веками. Длинные дрожащие ресницы. Родинки на плечах. Серо-синий шарф, растянувшийся на километры Невы, зимой часто скрывающий любопытный нос мальчишки. А нос с горбинкой, чтобы не все было идеально.
