В Средневековье верили, что яички бобров обладают целебными, чуть ли не волшебными свойствами, и бобр был ценной добычей для охотников. Поэтому считалось, чтобы спасти свою жизнь, загнанный бобр откусывал свои яйца, демонстративно бросал их в варваров и таким образом спасался — изображение процесса можно встретить в манускриптах. В 1188 году исследователь Джеральд Уэльский взялся за полное описание этой легенды и добавил, что после избавления от мошонки бобр становился очень сообразительным (кек) и бежал на возвышенное место, где поднимал заднюю лапу, показывая охотнику, что больше не представляет для него интереса. Однако это не совсем так: в западных странах кроме яичек ценилась еще и шкурка, поэтому животное никогда не могло быть в безопасности полностью. Удивительно, что бобры дожили до наших дней: хитрые средневековые католики не только охотились за их мошонками, но и употребляли бобров в пост — мясо животного считается постным до сих пор. Раз живут в воде, рассуждали они, значит, могут считаться рыбой! В Германии и северных регионах Европы верующие вовсю читерили, заменяя пятничную рыбу на бобриные хвосты. А бобрам, между прочим, хвосты нужнее, с их помощью можно не только рулить, но и стучать по воде, предупреждая других бобров о приближении опасности. Этот же трюк проворачивали верующие в Венесуэле по отношению к живущим в болотах капибарам. Легенда гласит, что в 1700 году священники даже официально попросили Ватикан разрешить есть капибару в пост.
В "Истории Норвегии", датируемой XII веком, безымянный историк описывает ещё один бобриный миф: якобы они такие хитрые, что строят свои хатки и плотины не сами, а используют других бобров в качестве живых телег: "рабы" обхватывают брёвна лапами, берут ветки в зубы и тащат, контролируемые бобрами-надсмотрщиками. "You see, there is a certain menial type of beaver, very poorly valued, whose fur is worn quite threadbare through the incessant repetition of this drudgery".
Предания, культивируемые ещё со времен древних египтян, далеки от реальности: бобры, конечно же, не откусывают себе яйца. Хотя бы потому, что относятся к млекопитающим, чьи яички спрятаны внутри тела. Чтобы от них избавиться, пришлось бы сначала прогрызть дырку в области таза, а это так себе занятие. За яички люди принимали выступающие мускусные железы, секрет которых называется бобровой струёй. С её помощью бобры метят границы своей территории и общаются между собой, оставляя метки. Но избавиться от желез, сохранив жизнь, также невозможно. Бобровая струя и сейчас пользуется спросом в народной медицине, из якобы целебных высушенных желез делают "лечебные настойки" и таблетки — совершенно бесполезные, только бобров переводить. По мнению другого исследователя сэра Томаса Брауна, миф о том, что бобры откусывают мошонку (буквально кастрируют себя), прижился из-за созвучия слов: на латыни бобр — Castor, бобровая струя — Castoreum, а кастрация — Castratio, поэтому считалось также, что кастрация "произошла" от бобра. Но это не так, Castor и Castratio — не однокоренные слова. Латинское Castor произошло от слова на санкскрите, обозначающего мускус. При этом пикантная ситуация с участием бобра описывалась как подлинная еще в "Естественной истории" Плиния Старшего, которая много веков считалась надёжным научным источником. Среди бобров также нет рабов, но это не точно: звери моногамны, причем самки доминируют, так что в типичной бобриной семье царит ЖЕНСКАЯ ВЛАСТЬ со всеми вытекающими.
При этом самцы могут быть весьма агрессивными: так, два года назад в Латвии агрессивный бобр не просто укусил, но и взял в плен мужчину.
Телеграм-канал Техноложка