После шести лет совместной жизни мой муж начал выпивать. Сперва по выходным, потом после работы для снятия усталости, а потом начались частые запои. С работы его уволили, но он только сильнее начал пить, поскольку у него появилось больше свободного времени.
Когда уходила на работу, он тащил из дома вещи, пропивал, совсем не следил за детьми. Пожалуй, оставлять их с ним было даже страшнее, нежели просто одних.
Вскоре мое терпение стало лопаться, и в один из дней я со слезами обратилась к маминой фотографии с просьбой помочь, если она может сделать хоть что-нибудь.
В тот вечер я поздно легла спать и вдруг увидела во сне свою покойную маму. Она ехала на метро, вышла на станции "Василеостровская", пересела на трамвай, вышла у Смоленского кладбища и зашла туда. Я увидела, как она подошла к большому склепу, постучалась в дверь. На стук вышла женщина лет пятидесяти, в длинной потрепанной юбке, коричневой вязаной кофте, с темным платком на плечах и ситцевым на волосах.
— Ты сможешь помочь моей дочери? — спросила она.
— Конечно, милая, — ответила женщина, и я проснулась.
Было шесть часов утра. Сон произвел на меня столь сильное впечатление, что я решила съездить на кладбище, что привиделось мне во сне, в надежде встретить ту женщину, которая готова мне помочь. Время было раннее, и я надеялась вернуться еще до того, как дети встанут. К моему изумлению, вся дорога выглядела точно так же, как я ее видела ночью: пустая станция метро, наверху сразу подошел трамвай.
У кладбища я сошла и двинулась по пути, что видела ночью. Но вместо большого склепа я увидела часовню Блаженной Ксении. Людей вокруг не было, я опустилась на колени перед закрытой дверью и обратилась к святой с просьбой помочь мне в беде с моим мужем. Молилась, наверное, с четверть часа, после чего заторопилась домой, пока дети спят.
К дому я подъехала около девяти и еще издалека увидела, что перед моими окнами стоят пожарные машины. Чуя недоброе, я кинулась вперед и увидела, что рам и окон у меня в квартире нет. Стала спрашивать пожарных, что с моими детьми и мужем, но мне сказали, что с ними все в порядке, их спасли. Пожар в квартире оказался небольшой, выгорела только гостиная, да и та не полностью. Несколько дней мы были заняты тем, что наводили в квартире порядок, устанавливали рамы, разбирали вещи, отделяя испорченные от еще целых. Поначалу я не обратила внимания, что муж несколько дней ничего не пьет, а потом осторожно спросила, что же случилось в мое отсутствие?
И вот то, что рассказал муж.
Он спал, ему мерещились какие-то несвязные кошмары, когда вдруг среди них появилась женщина лет пятидесяти, в длинной потрепанной юбке и коричневой вязаной кофте, с платком на плечах и на голове. Она брезгливо пнула его и спросила: «Все нажираешься? А ты знаешь, что из-за этого сейчас дети твои заживо горят?». Он проснулся, увидел огонь, который уже полыхал вокруг дивана и поверх одеяла, откинул одеяло, кинулся в детскую комнату, схватил детей, отнес в ванную, велел открыть душ на полную катушку и лить на дверь, а сам побежал на кухню и с того телефона вызвал пожарных. Те приехали быстро, сразу залили большую комнату и не дали огню разойтись по квартире.
С того утра мой муж совершенно не выносит запаха алкоголя, не пьет ни пива, ни даже лекарственных настоек. Я с того памятного дня стала посещать храм Господний, а муж не ходит. Говорит, как представит, что там кагором причащаются, так его сразу тошнить начинает. Сейчас он опять устроился на работу и хорошо зарабатывает, поскольку его часто оставляют на сверхурочные работы, не боясь, что он без начальства напьется.
