Коридор сер и мрачен. Двери неприметны. Такие двери и открывать не хочется, разве, чуть приоткрыть.
В вечно холодном мире планеты, на которой весь годовой цикл не заканчивается зима, под белым светом трёх лун, родился во мраке пещеры зверь. Тепло материнского тела питало его до той поры, пока на ее серебристую теплую шкуру не позарился охотник.
Охотник был смел и ловок, он был отчаян и отчасти сумасшедш, ибо только сумасшедший отважится вступить в схватку с самым свирепым хищником планеты, на которой все время зима. Из этой схватки он вынес не только серебристый мех матери зверя, за который монархи готовы были платить чистым ураном, он взял также ее власть над демонами, что приходят под двери людских домов в самые лютые морозы в обличье диких зверей, да шрамы через все тело и душу.
Зверь же, лишившись привычного тепла, в первый раз вышел наружу и в первый раз вышел на охоту.
Обжигая лёгкие морозом, поглощая жизнь и даруя смерть, шел он к тому дню, когда охотник вновь вышел на охоту, и пути их пересеклись.
Не под силу оказалась победа над зверем. Тот был хитер и, казалось, заранее предугадывает каждый шаг охотника.
Охотник стал жертвой. Зверь чувствовал его, и куда бы охотник ни шел, где бы не находился, он всегда ощущал, что находится под тяжестью следящего взора, что преследовал его. Ни в другой стране, ни дома, ни среди людей, ни даже во сне, не было ему покоя. Везде и повсюду зверь неусыпно преследовал его.
И вот однажды темной вьюжной ночью, когда свет огня кажется всего лишь воспоминанием, охотник в последний раз вышел на охоту. И нашел успокоение, и последнее, что он видел - янтарно-желтые глаза, и последнее, что он чувствовал - тепло собственной крови и давно забытое чувство умиротворения.
