Практически с первого дня было известно имя главного собственника «Зимней вишни», где в пожаре погибло 64 человека, а одновременно и инвестора, вложившего свои деньги в переоборудование бывшей кондитерской фабрики в торгово-развлекательный центр – Денис Штенгелов. Бизнесмен, который в последние годы практически безвылазно живет в Австралии. И живет весьма неплохою.
Наверняка к нему у бригады, которая сейчас проводит следственные действия в областном центре Кузбасса, очень много вопросов. На которые в любом случае придется ответить. Вряд ли власти Австралии будут препятствовать этому диалогу, а при необходимости - и его выдаче правоохранителям нашей страны. Тут заезженный штамп о «политической мотивировке» не пройдет. Погибли дети. И виновные должны быть в обязательном порядке наказаны.
Однако розыски инвестора ТРЦ «Зимняя вишня» привели некоторых поборников истины не только в Австралию на корты бизнесмена, но и в Украину, где с 2000 года живет отец Дениса – Николай Штенгелов.
Собственно, отец инвестора «Зимней вишни» и сам когда-то родился и вырос в Украине (тогда еще – в одной из республик СССР), только до возвращения на Родину он 33 года жил и работал в Томской области. Считался неплохим специалистом в сельском хозяйстве, не случайно впоследствии стал директором совхоза «Пойменный». Но в течение 90-х попытки создать преуспевающие фирмы на останках развалившегося хозяйства к большим успехам не привели.
После чего Николай Штенгелов и вернулся в родную Петровку, что в Приморском районе Запорожской области. Организовал там сначала ООО «Томь», затем ООО «Петровское» и снова стал выращивать зерновые, подсолнечник, наладил производство макаронных изделий, хлеба. И все это время был на виду – пресса частенько заглядывала к нему на «огонек», как бы кощунственно не звучал этот журналистский штамп в контексте кемеровской трагедии. Чтобы знать его точку зрения на проводимые на селе реформы украинским правительством. Профессионал потому что.
Но в российских СМИ его имя вдруг всплыло совсем по-другому поводу. Оказывается, Штенгелов-старший неоднократно поощрялся даже президентом Петром Порошенко за «гуманитарную помощь» при проведении антитеррористической операции (АТО) в Донбассе. И хоть о деталях в записке, приобщенной к награде, ничего не сообщается, всегда можно додумать, о чем идет речь. А чего это он вдруг в нулевых годах содержал на территории своего хозяйства чуть ли не военизированные подразделения? Для охраны? От кого? «Такие охранники потом и резали, убивали мирных людей!».
Не клюнет и на это обыватель? Тогда пойдем дальше, тем более, что распространяются в сети домыслы с удивительной скоростью: «Тут стоит сказать еще и о том, что на территории Запорожской области в 2014 году создали сразу два «тербата». Это 37-й батальон территориальной обороны «Запорожье» и 23-й — «Запорожская область». Все они приняли активное участие в АТО на Донбассе, потеряв убитыми много своих бойцов. Создавались они при помощи местных властей, бизнесменов и волонтеров, позже их включили в систему ВСУ, МВД и Нацгвардии. Кто был спонсором этих «тербатов» — информация весьма расплывчатая, точных данных об этом нет (да никто и не горит желанием обо всем рассказывать)».
С одной стороны, вроде никого и за руку не поймали, и даже не обвинили. Но нужно ли это, если речь в публикации идет конкретно о Штенгелове. Если можно посеять просто крупицы недоверия, которые обязательно дадут всходы на таком информационном поле как российское - ведь всем должно быть давно ясно, что собой представляют эти коварные «кастрюлеголовые».
Не ясно только одно: причем тут пожар в Кемерове и Штенгелов-старший? Если есть подозрения, что он не только оказывает «гуманитарную помощь» бойцам АТО, но и руководит подрывной работой своих сыновей на территории России, то надо так прямо и сказать. А лучше - фактами помочь следствию. Пока же эти информационные вбросы больше похоже на попытку увести общественное мнение от обсуждения внутренних проблем.
Кстати, корреспонденты «МК» дозвонились до Николая Штенгелова и попросили рассказать о собственных заслугах при проведении АТО. «В районе продукты питания собирают, сдаем кое-что и мы», – весь смысл его ответа. А попутно интервьюируемый заметил: «Я где-то в душе чувствовал, что кто-то начнет…».