В Перми прошла встреча с автором фильмов «Елена» и «Левиафан», которого сейчас без преувеличения можно назвать самым известным российским режиссером в мире. Звягинцев рассказал про переломный момент в жизни, про единство зрительского восприятия и о том, почему у него не бывает хэппи-эндов.
Андрей Звягинцев является лауреатом фестивалей в Каннах и Венеции, обладателем премий «Сезар», «Ника» и «Золотой глобус», его картины дважды номинировали на «Оскар» в категории «Лучший иностранный фильм». «Новости Перми» публикуют самые яркие высказывания режиссера с творческой встречи, которая состоялась накануне.
«В 36 лет, а это было зимой 2000 года, я решил, что жизнь закончена, у меня нет ничего. К тому моменту я 10 лет как закончил театральный институт, работы толком не было, снимал какие-то рекламные ролики и подрабатывал дворником. Тогда я дал себе слово: если в этот год я не начну снимать свой первый фильм, то должен расписаться в полном банкротстве. И в марте мне позвонили с предложением снять новеллу из сериала «Черная комната».
«Мне смешно, когда «Нелюбовь» сталкивают с «Аритмией» Бориса Хлебникова. Я очень уважаю Бориса, будь он рядом, мы бы переглянулись и улыбнулись. Все это «противостояние» - не наша «война». Как говорится, на вкус и цвет товарища нет».
«Левиафан» собрал в прокате 93 миллиона рублей, «Нелюбовь» - 98 миллионов. Кто-то сказал, что я должен гордиться этими цифрами, они «собирались» с 1 июня по середину августа 2017 года. Но тут вышла комедия «Бабушка легкого поведения», которая за один уик-енд собрала 250 миллионов».
«У меня нет кумиров в кино. Есть режиссер, который меня ввел в это искусство, стал проводником. Я учился на втором курсе и регулярно смотрел фильмы в Музее кино и тут увидел «Приключение» Микеланджело Антониони. Картина меня настолько потрясла, что именно после нее я точно понял, чем хочу заниматься».
«Меня часто спрашивают, почему в моих фильмах нет хеппи-эндов. Отвечу словами главного редактора «Новой газеты» Дмитрия Муратова, когда его спросили, почему в его издании все материалы «не позитивные». Он сказал: «Выбирайте другие газеты, мы вот такие, «без сахара». Я считаю, что хеппи-энд должен случиться не с героями фильма, а со зрителями, которые фильм посмотрели».
«У меня нет целевой аудитории. Аудитория – это для тех, кто собирает в прокате более 100 миллионов. Авторский режиссер должен делать фильмы, прежде всего, для себя. Согласовываешь с собой и твое счастье, если у фильма найдется свой зритель».
«Зритель во всем мире одинаков. Неправы те, кто считает, что мои фильмы – только для нас. В Мексике мне говорили, что история в «Левиафане» - это их история, замени только водку на текилу, а снег на песок. В Италии сказали, что это итальянская история, замени православный храм на католический костел. Все мы люди одинаковые, мы как пальцы одной руки».
«Как-то раз я завтракал с Итаном Коэном. Он сказал, что посмотрел несколько моих фильмов и заявил, что история, показанная в «Елене», в американском кинематографе невозможна в принципе. Просто потому что нельзя. Кстати, когда мы приехали в Америку, то нас предупредили, чтобы мы не очень обсуждали все эти сексуальные скандалы и спрашивали о них, потому что нельзя говорить вещи, отличные от общепринятых».
«Я всего лишь один раз пользовался государственными деньгами при съемках фильма. По иронии судьбы это был «Левиафан».
«Есть ли у России шанс? Могу только надеяться, что пока мы способны признать: то, что происходит на экране – не выдумка, а существует в нашей жизни, то шанс есть. Не нужно убаюкивать себя счастливыми сюжетами. Скажу словами Довлатова: истинное мужество – продолжать любить жизнь, зная о ней всю правду».
«Некоторые считают, что я богатый человек, имею виллу и так далее. Скажу, что собственную квартиру я купил лишь в прошлом году».
«Я мельком виделся с вашим губернатором Максимом Решетниковым. Больше всего меня поразило то, что я ожидал увидеть человека в возрасте, а он оказался молодым. Настолько, что я подумал, что он лет на 20 меня моложе. Хотя… так и есть. Мне 54, ему 38».