Похороны Сталина случились дважды: первый раз – в год смерти вождя, второй – на седьмой год после знаменитого хрущевского XX съезда партии и в вечер празднования Хэллоуина: тридцать первого октября 1961 года, что очень символично.
В этот день в соответствии с легендами и мифами Хэллоуина мертвецы выходят из могил, а живые, боясь призраков умерших, снова их хоронят, совершая перед этим заклинательные ритуалы. Все и здесь свершилось по законам жанра.
30 октября 1961 г., окончание XXII съезда партии. В Кремле уже принято решение о новых похоронах Сталина, но надо придать решению «легитимность», т.е. оформить решением съезда. В конце последнего дня делегат от Ленинградской партийной организации взял слово и огласил просьбу рабочих Кировского машиностроительного завода перезахоронить Сталина в связи с его многочисленными злодеяниями.
Хрущев включает вопрос в повестку дня и проводит голосование: «Кто «за»? – Единогласно. Кто «против»? – Нет. Воздержавшиеся? – Нет. Решение принято». Теперь надо быстро-быстро, пока решение никем не оспорено, а народ не поднялся, вынести тело и тем решить вопрос с личной безопасностью и сталинизмом окончательно.
Но где проводить новые похороны? Сначала решили – на Новодевичьем кладбище. Нет, вдруг кто-то захочет выкопать тело вождя и взять его себе. Пришло др
угое решение – захоронить за Мавзолеем, рядом с другими партийными и советскими бонзами. На другой день с утра в газете было напечатано решение о захоронении, а уже в 18.00 военно-кремлевская операция в большой тайне и с высокой степенью секретности о перенесении тела мертвеца началась.
Красную площадь оцепили, сославшись на репетицию парада к седьмому ноября. Создали похоронную комиссию из 30 самых проверенных и надежных, родственников на перезахоронение не пригласили, создали правительственную комиссию из пяти человек, в том числе двоих от Грузии: первого секретаря ЦК Грузинской компартии Мжаванадзе В.П. и Джавахишвили Г.Д., председателя совмина Грузии.
Мжаванадзе в знак молчаливого протеста сразу после решения съезда срочно вылетел в Грузию, тем самым отказавшись участвовать в перезахоронении, а Джавахишвили Г.Д. своей карьерой рисковать не стал.
Впоследствии в Грузии совершился тихий аппаратно-дворцовый переворот, Мжаванадзе обвинили в коррупции и связях с теневой экономкой, сняли с должности, заменив молодым и энергичным Э.Шеварнадзе. О системе экономики Мжаванадзе, сложившейся в постсталинское время, ходили анекдоты. Вот парочка из них:
Грузия стала выпускать неплохого качества сигареты. Из соседней республики приехала делегация табачников для обмена опытом и задала вопрос: ”Мы в свои сигареты кладем сено и навоз, а вы что кладете?” — ”Кладем сено, навоз и табак”. — ”Ах, табак тоже кладете?”
Некое предприятие начало выпускать консервы из перепелятины. Приезжает комиссия, спрашивает: ”Неужели чистую перепелятину выпускаете?” — ”Признаемся, подмешиваем немного конины”. — ”И сколько подмешиваете?” — ”Ну-у, здесь все честно, одна перепелка, один конь…”
Но вернемся к перезахоронению Сталина. В тот же день сделали гроб, обив его хорошей тканью. Место новой могилы замаскировали, загородив фанерными листами. Заказали белую ленту со словом «Ленин», которая должна была закрыть старые слова «Ленин Сталин» на Мавзолее.
В 21.00. все было готово: могила выкопана, обложена бетонными плитами, внутри оборудован саркофаг для гроба. В Мавзолей входит правительственная комиссия из четырех человек и похоронная команда из восьми офицеров. Офицеры осторожно берут саркофаг с телом генералиссимуса и спускают его в лабораторию.
Там с его мундира снимают погоны, Звезду Героя Соцтруда и золотые пуговицы, заменяя их на латунные. Зачем? До сих пор непонятно. Позднее, видимо в связи с этим, по Москве поползли слухи, что прах Сталина в прямом смысле вытряхнули из мундира, кто-то даже говорил, что его тело кремировали и гроб пуст, но проверить это уже невозможно.
Наконец, тело переложили в гроб, все манипуляции с обмундированием закончились, латунные пуговицы пришиты, но в конце операции, когда стали опускать крышку гроба, раздались громкие рыдания: это Шверник, председатель комиссии, и Джавахишвили не выдержали напряжения и психологического шока от свершавшегося на их глазах. Остальные молчали.
Гроб вынесли и тихо опустили в могилу. Кто-то по христианскому обычаю бросил в могилу горсть земли… На месте захоронения некогда могущественного диктатора остался только маленький холмик и плоская плита с именем и скромными датами рождения и смерти: «1879 -1953». Плита пролежала почти десять лет, пока вместо нее не установили бюст.
Мавзолей открылся сразу же на другой же день, 1 ноября, в День Всех Святых. Никаких следов присутствия саркофага Сталина в Мавзолее уже через час не было. Хэллоуин закончился.
Оцепления Красной площади не было, никаких выступлений народа – тоже. Все прошло тихо и незаметно под парадный шаг солдат и лязг гусениц военной техники, как символического торжества новой власти над мертвецом.