До приезда комиссии с проверкой в воинской части узнали за месяц до ее приезда. Все тайное всегда было явным. Подготовились к комиссии основательно. Траву и листья на деревьях, правда, не красили. Но и без того краски потратили железнодорожную цистерну. Все блестело, все сияло.
Пожилой генерал, старший в комиссии отказался отобедать с дороги, и повел своих коллег вместе с сопровождающими их старшими офицерами штаба воинской части в солдатскую казарму. Выслушав доклад дежурного по части, бравого старшего сержанта, дембеля, но без дембельской складки на гимнастерке, с идеальными, без намека на гармошку, голенищами сапог, в затянутом до упора ремне, и застегнутого на все пуговицы, генерал про себя усмехнулся.
«Уж коли дембеля в наряд поставили, да как салажонка упаковали его, здесь нам делать нечего».
- А проводи-ка нас в хозчасть, полковник, бросил он командиру части.
Подсобное хозяйство, или хозчасть, это то место, где придраться можно к чему угодно. Службу там несут бойцы, которые и службы воинской не нюхали. Да и свиней, кур и коров уставу не научишь. Старшие офицеры штаба воинской части погрустнели, обычно эту клоаку части проверяющие посещали раздобревшими после сытного обеда и обильной выпивки.
Сделав какие-то заметки у себя в блокноте, генерал зашел в первый на его пути хлев. Сержант Поливайко, находящийся в хлеву, увидав перед собой живого генерала, струхнул, и неожиданно для всех так гаркнул «Смирна», что у старого вояки коленки подогнулись. Свиньи же в загонах, не привыкшие к таким крикам от испуга застыли намертво в одной позе. Придя в себя генерал огляделся, хмыкнул, и сам уже предложил посетить офицерскую столовую, теперь можно и отобедать.
Сопровождение генерал по дороге домой поинтересовалась у старшего комиссии, почему, мол, они ничего в части смотреть не стали.
- А чего смотреть там, отмахнулся генерал, у них даже свиньи по стойке смирно генерала встречают.