Оргазм штормит, волной горячей брызнет,
И запахом волнующим обдаст,
Там всё уже готово к новой жизни,
И семени ей кто-то скоро даст.
А племя-семя чувствует тревогу,
Толчки и качка – скоро, скоро в путь!
Недальняя им выпала дорога,
Один из них найдёт чего-нибудь.
На низком старте живчик Матозоид,
Толчок внезапен и неуловим,
В потоке влился в тело он чужое,
И цель уже маячит перед ним.
О, как он смел, умел и очень ловок,
Он обошёл коллег на вираже,
Протиснулся сквозь тысячи головок,
Готовый финишировать уже.
Но где-то на последнем миллиметре
Его коллега-живчик обогнал,
Наверное, в науках он не петрил,
Однако, сразу видно, что нахал.
Усом за хвост – и об пол головою,
Хвостом за ус, — пошёл жестокий бой,
И племя-семя всё погрязло в бое,
Разбившись на команды меж собой.
И лишь один, – последним шёл к подруге,
Поскольку болен был и очень мал,
Пока они мутузили друг друга,
Галантно к яйцеклетке прихромал.
Он усиком в её втянулся тело,
Спросил с любовью, ты меня ждала?
— Да много вас тут шастает без дела,
Давай быстрей верши свои дела!
Её мотив в любом понятен разе,
Всего лишь месяц ей отпущен век.
Чем жизнь свою закончить в унитазе,
Назваться лучше гордо – человек!
Старался он насколько только может,
Крутил башкой и бил своим хвостом,
Да, он хромал, при том, что нету ножек,
Но он же переносчик хромосом.
Его родная игрек-хромосома,
(генетика сюрпризами полна)
Невидима, неслышна, невесома,
Была хрома, зато была умна.
Родился мальчик в Екатеринбурге,
На вид нормальный, вроде бы не плут.
Он будет знаменитым драматургом!
Конечно, если пьесы не сопрут.