Беспощадный пиарщик : это та самая ситуация, когда мы не можем не высказаться. Тем самым упуская прекрасную возможность промолчать.
То, что произошло в Кемерово ничем не отличается от того, что произошло в Перми, на Сям-озере, в Волоколамске и вдругих местах. Тотальная импотенция местной власти и ответственного за трагедию бизнеса, которая превращается в штурмовщину и “вылетели самолеты МЧС”.
И главное — тотальное нежелание структур, которые хоть как-то, каким-то боком ответственны за происходящее (регуляторы, контрольные органы, владельцы инфраструктуры, силовики), разговаривать с людьми. Просто и по-человечески поговорить.
Это просто что-то удивительное: единственный человек, который приходит и разговаривает с разъяренными от гнева людьми — это президент Российской Федерации. (Причем, происходит это в который раз: так было и в Краснодаре (наводнение), и с “Курском”, и с другими трагедиями). Но почему? Неужели чиновникам на местах затыкают рот, чтобы президент на этом фоне выглядел лучше? Нет. Губернатор Московской области общается с телекамерами, губернатор Кемеровской области не может доехать на своем кортеже, губернатор Санкт-Петербурга (Полтавченко) вообще молчит (Сям-озеро). Сюда же, кстати, и история со Слуцким, и с яркими выступлениями отдельных депутатов (журналисты — прислуга). Мы уже даже не говорим про “эксцессы” с космодромами, самолетами — кто их считает. И у каждого “эксцесса”, как правило, есть очень конкретные имена, отчества и фамилии.
И на фоне этого формируется то самое гражданское общество. Которое хочет ответов, которое рассержено. Которому надоело, что его держат за быдло.
Главная проблема же все равно остается: неготовность и нежелание разговаривать. В 1985 году, хотим напомнить, тоже никто не хотел разговаривать. К чему это привело — люди старше помнят.
Морозная свежесть 1937-го года стучится в наши ворота, девочки. И от этого не по себе. НАЧИНАЙТЕ УЖЕ РАЗГОВАРИВАТЬ!