- Девчата, пойдите сюда!
Соседка, тетя Таня, поймала в лугах цаплю, то ли раненую, то ли больную (она и улететь не смогла). Принесла к себе во двор и посадила в пустую клетку для кур. Захотела выходить, а кормить-то нечем. Цапля - болотная птица. Рыбку да лягушек ест, а она, тетя Таня, рыбачить не умеет.
- Поищите хлопцев-то, девчата, - просила нас тетя Таня, - пусть хоть лягушек ей наловят…
Мы, три подружки по восемь-десять лет, поручением остались очень довольны и со всех ног бросились искать мальчишек. Тем, ясное дело, сподручней рыбу-лягушек ловить. Искали-искали, по дворам бегали-бегали, да никого не встретили. Нашелся под конец один-единственный Юрик, но тот лишь презрительно губу оттопырил: "Еще чего, буду я по болотам лазить ради какой-то цапли… Если бы еще моя цапля была, тогда другое дело".
Мы его просить, уговаривать, но он наотрез: "Вам надо, вы и ловите".
Идем мы грустные, расстроенные, по дорожке; главное ведь - больную цаплю жалко! И вдруг как-то неожиданно мы решили - попробуем сами наловить лягушек! И, весело гомоня от собственной смелости, побежали на луга. На болото.
Честно признаюсь, нам было страшновато: на болоте ведь змея водится, и лягушек мы, девчонки, конечно, побаивались. Болото окружила осока, высокие колючие камыши. Мы храбрились. Алена, среди нас старшая, скомандовала: "Солдаты, стройсь! За мной - шагом марш!". Мы выстроились друг за дружкой и замаршировали, ломая камыши и продираясь сквозь траву.
Вот и болото - маленькие ямки с водой, покрытой тиной, и мы видим - они прямо кишат лягушками.
"Солдаты" остановились и переглянулись в нерешительности: как ловить? И складывать этих лягушек некуда: у нас ни мешков, ни банок.
Я решилась первой - кинулась за одной лягушкой. Та - от меня и спряталась в камышах. Девочки тоже попробовали, но и они прыгали так же неуклюже и так же неловко ловили. Сначала ни у кого не получалось, но тут вдруг Сане повезло: она ухватила и сжала в ладошках маленького лягушонка. "Ой, девчонки, - завизжала она, - он же щекотится!". Лягушонок выскользнул у нее из рук, и я подхватила его поскорее, да тут же чуть не выкинула его - такой скользкий, холодный, противный! "Ой, держи его, не выпускай!" - верещали вокруг подружки, и я, чтобы не было так противно от щекотания, сжала кулак покрепче. Лягушонок дернулся в руке и затих. А в сердце вдруг шевельнулось: он ведь живой, а я его убиваю. Уже убила! Но тут же я вспомнила: мы и пришли сюда за лягушками. И должны наловить их побольше. Для больной цапли. И началась охота! Мы наловчились и прыгали, как взаправдашние лягушки. Они - от нас, мы за ними. Цап - и лягушка в руке. И мы как с ума сошли: кричали, визжали, скакали. Было страшно весело! "А ведь у нас получалось! - радовались Аленка, Санька и я, - без мальчишек справились. Мы - настоящие охотники!".
- А ты моего лягушонка себе забрала! - вдруг заныла самая маленькая, Санька, - Я видела, видела-а, того, которого я первым поймала. Отдай!
И она сильно толкнула меня.
Я ужасно разозлилась от такого нахального заявления и пихнула Саньку так, что она плюхнулась прямо лицом в болотную жижу.
- Не отнимала я твоего лягушонка, - орала я ей, - вот и Аленка видела, он сам выпрыгнул у тебя, а я его поймала!
Что тут началось! Санька ревела, размазывала грязь по лицу и пыталась пнуть меня побольнее ногами (руки у нее были заняты лягушками), я сама молотила ее кулаками, лягушки так и сыпались у меня в разные стороны, а Аленка безуспешно пыталась нас перекричать и помирить. Но никто ее не слушал, и она сама принялась лупить и меня, и Саньку.
Возвращались мы в деревню мокрехонькие, перепачканные в тине и зареванные, держась друг от друга на расстоянии. Я вызвала тетю Таню. Подошли остальные девочки. Стояли молча, не глядя друг на друга. Тетя Таня провела нас во двор, к старой куриной клетке, в которой испуганно шарахнулась в угол большая пестрая птица. Мы наложили в тетитанину банку наших лягушек. Большинство было дохлых, но встречались и живые, слабо шевелящие лапками. Тетя Таня поблагодарила нас, но сказала, чтобы дохлых мы выбросили, цапле нужна только живая еда.
Мы вышли со двора, и я подумала: а что если положить дохлых лягушек в воду, может, они еще оживут и попрыгают?
На деревенской дороге после дождя осталось много луж, я нашла самую глубокую и положила туда лягушек. Когда муть в луже улеглась, я увидела, что они неподвижно лежат в воде и не шевелятся. И вдруг меня поразила одна вещь: "Смотрите, девчонки, - крикнула я, совершенно забыв о ссоре, - лягушки очень похожи на человека!". Те посмеялись надо мной и с ехидством сказали: "Ну, скажет тоже!". Но к луже они все-таки подошли, нехотя глянули в нее и… примолкли. Саня шепотом считала: "Раз, два, три, четыре, пять… Девочки! - тоже шепотом воскликнула она. - У нее - пять пальцев, как у людей…"
- Мы ее… давайте, мы ее похороним, - запнувшись, предложила Аленка, - закопаем в землю.
И, боясь, наверное, нашей насмешки, опустила голову. Но никто не засмеялся...