Семь раз отрежь, один раз поставь.

Если бы меня в совсем юном возрасте, лет так в 5, спросили, хотел бы я стать режиссёром, я бы сказал да, но лишь потому, что понятия не имел, кто это и чем он занимается. Видимо, в жизни ничего не забывается, потому что в итоге то, чем он занимается, я узнал на личной опыте. Однако, этого было недостаточно, и я угодил сразу на самый сложный уровень игры в режиссуру – в «Режиссуру любительского театра». Истории, как и другие, призваны предостеречь того, кто с этим не связан, и подбодрить, если он уже увяз. А вообще следует самому оценивать предстоящие поступки и всё хорошо обдумывать.

опус I.
семь раз отрежь, один раз поставь.

Когда часто гуляешь по ночному городу, замечаешь, что самое тихое время – 3 часа ночи. 3 часа - это всегда или слишком поздно, или слишком рано. Так что если хочешь сделать что-то незаметное – делай это в 3 часа. С такой логикой мы с другом и шли по ночной улице. Одетые во всё чёрное, мы как будто показывали, что верим в опыт удачных ограблений в кино.

Четёрыхполосная дорога была разделена линией газона с длинным рядом одиноких деревьев. Именно одно из них нас и интересовало. Действуя осторожно, мы подождали минуту тишины и подбежали к цели. По пути друг уже достал свёрток из куртки и развернул пилу. Не теряя времени, мы начали пилить дерево. Оно было метра три с половиной - намного выше, чем казалось с тротуара, как ни удивительно, неподходящий размер нас не смутил. Плюс пилы был в том, что её в свёртке можно было спрятать в куртке, а минус в том, что пилила она с таким масштабом хреново. Сдаваться нам было некогда, так что мы приближали результат упорством и руганью. Мимо периодически раз в 5 минут проезжали разбитые ночные такси ночные путники. Так что мы постоянно отвлекались и делали отвлечённый вид. Обычные машины были не так страшны - только пару из них подозрительно затормаживали, но останавливаться и вдаваться в подробности никому не хотелось. Как и проехавшему мимо бобику. Когда мы почти допилили дерево, но оно ещё не падало, то одного мужика мы заметили слишком поздно, но он опустив рывками окошко девятки только прохрипел «Чего шляетесь, лоботрясы?!».

Так, то пиля, то изображая праздных бродяг,мы подошли к последнему рывку. Тут мы задумались над следующим шагом – утащить дерево. Путь отступления через дворы и гаражи у нас уже был намечен, но мы не подумали, что дерево будет таким большим, а тащить его до ближайшего двора придётся на самом виду у проезжающих водителей. Тем временем уже начало светать, а проезжавших зрителей становилось больше. Мы решили взять эту проблему быстротой и неожиданностью. Выбрав удачный момент, мы подбежали к дереву в последний раз и навалились на него всем телом. Подпиленный ствол, не выдержав, рухнул, но так просто сдаваться не хотел. Часть коры перегнулась, но не хотела прощаться с корнями. Мы судорожно начали тянуть и перепиливать его руку помощи. Наверное, деревья обладают телепатией и могут звать на помощь, потому что вдалеке появились фары сразу 3 работяг, начинающих трудовой день на рассвете. Неприятностей нам не хотелось, мы наконец его оторвали, и схватив за ствол, начали утаскивать тушу через дорогу во дворы. Водители были удивлены, когда метров в сорока перед ними две чёрные фигуры в рассветных сумерках тащат дерево через дорогу во дворы. Но их гудки только подстегнули нас и мы на всех порах утащили нашу жертву во дворы и по заранее составленному маршруту через гаражи дотащились до подвала, в который нужно было его спрятать. Конечно, дерево не влезло. В подвальное помещение вела немного изогнутая лестница и она не была готова принять в себя такую растительность. Потыкавшись, решили всё же отложить это до утра. Оттащили дерево в ближайший овраг у гаража и пошли всё немного поспать.

Часов через 6 мы подвозили нашего руководителя молодёжного театра. Мы подготавливали его к сюрпризу, как только он сел, говоря, что больше нет нужды, искать дерево для сценографии – идеал найден. Предвкушая триумф, мы подвели его к подвалу, где мы тогда занимались, и показали чуть в сторону. Да, сюрприз получился. Но больше для нас. На том месте валялась только помятая крона дерева. Все большие ветки и ствол были кем-то уже отпилены и унесены для большого дела. Конечно, нас спросили «Зачем вы спилили это дерево? Я же имел в виду – «примерно такое по форме», а это слишком большое, да ещё и вандализм». Как и бывает в этом возрасте – только после совершённого поступка мы задумались над его необходимостью. Но авантюры, из чего и состоит жизнь театра, притягивают сильнее.

Нужную часть сценографии мы раздобыли с третьего раза, но менее вандальным путём – съездили несколько раз за город и спилили две маленькие берёзки в роще, одна из которых и отыграла роль. А на пенёк невинных жертв поставили по свечке.