Германия, к 1914 г. глубоко окунувшись в океан мировой политики, никогда бы не объявила войны, если бы реально осознавало создавшуюся к тому времени обстановку. Таково было мнение Французского военачальника времён Первой мировой войны Фердинанта Фоша.
Тогда берлинское правительство, опьянённое своим могуществом, и вполне уверенное в превосходстве своей армии, не боялось прибегнуть к оружию, ради власти над остальными народами. Впрочем, в 1914 г. вся Германия с воодушевлением взялась за оружие, чтобы подержать грандиозные и безумные замыслы правительства, не задумываясь о последствиях. Она фактически превратилась в Великую Пруссию.
С давних пор Пруссия, этот рассадник юнкерства и колыбель милитаризма, считала своим национальным занятием – войну. Направляемая излюбленной политикой, война сделала из курфюршества Бранденбургского – Германскую империю. Вытеснив из Германии Австрию, которая могла бы оказать хоть какое-то сопротивление, Пруссия, добилась объединения Германии. При этом она поглотила довольно многочисленное население Прирейнских земель. И постепенно железной хваткой подчинила население идеям и учреждениям восточных провинций.
В 1914 г. Германия окончательно опруссачена. Там, по общему мнению немцев, сила создаёт право. А так как, с другой стороны, военная организация была тщательно обдумана и развивалась вместе с экономическим подъёмом, Германия была готова быстро мобилизовать свою армию, превосходящую любую другую по своей численности, вооружению и подготовке. Эта армия должна была исполнить и оправдать роль, «предназначенную» Германии в силу её «расового превосходства». Обращаясь к силе, она хотела ускорить ход событий, а также расширить и закрепить результаты.
Германия, победившая великие европейские державы, будет неоспоримо господствовать на всём старом континенте. Прочно утвердившись на побережье Северного моря и Ламанша. Она станет властвовать над морской державой – Англией, а, следовательно, и над морями. Разве это не обеспечит будущее развитие мировой политики Германии? Потоки крови, которых война может стоить человечеству, – ничто по сравнению с теми выгодами, которые она принесёт Германии. Такова была философия победившего правительства, принятая всеми верноподданными немцами. Не может заблуждаться та мораль, за которой стоит сила. И, руководимая прусским жезлом, ослеплённая Германия при общем воодушевлении выступает за войну.
Из записей Французского военачальника времён Первой мировой войны Фердинанта Фоша.