Сижу в Женеве в автобусе. Подходит ко мне тетенька-контролер. Я гордо показываю ей билет на все виды транспорта (таким снабжают в Женеве в отелях, и он входит в стоимость номера). Женщина берет билет, хмурится, и немедля выдает мне его обратно, сопровождая строгой французской тирадой. Говорю: «Не понимаю вас! По-английски, может?» Но по-английски не может! Только на французском, но зато очень проникновенно. Тем не менее, женщина не отчаивается. Потому все пассажиры вагона тотчас становятся невольными свидетелями очень живой пантомимы контролера. Пантомимы, в которой присутствовали, по моему мнению, и солнце, и море, и даже чайки в далеких горах. Бью наугад – достаю паспорт. О том ли была пантомима с чайками? Возвращает мне паспорт, морща нос. Не о том, значит… Смотрит на меня с укоризной и сочувствием. По глазам вижу – думает, что если по-французски не понимаю, значит немножко того, «неумная» слегка. Оказалось, что такие билеты в Женеве именные. В отеле, видимо, в спешке забыли мне об