Признание немецкого рядового о русских солдатах!
Пойти следом за танками и добить!
На одном особо тяжёлом участке фронта, мы никак не могли пробить оборону руссских! Потом налетела наша авиация, и сбросила несколько десятков бомб. Мы лежали в окопах, зажав уши...
Нам было приказано не вставать, и вскоре мы поняли - почему!
Сверху проехали наши "пантеры", и двинулись в сторону русских окопов. Через десять минут, молодой лейтенант приказал всем подняться, и идти добивать тех, кто возможно выжил, после этой адской мясорубки!
Сам он шёл впереди нас, в метрах десяти, держа в руках пистолет. Вдруг он остановился, и приказал нам не двигаться. После развернулся, и бросился бежать...
Когда он пробегал мимо меня, я увидел дикий ужас на его лице!
Обернувшись, я сделал несколько шагов вперёд. Сквозь рассеивающийся дым, от упавших авиабомб, на нас медленно шли русские солдаты...
Их вид действительно внушал страх - с чёрными от копоти лицами, в изорванных фуфайках, они шли на нас медленно, отсвечивая безжизнеными белками глаз!
Я поддался панике, увидев такую ужасающую картину и вскоре, весь наш карательный взвод бежал к своим позициям...
В окопе, трясущийся от страха лейтенант, на вопросы разъярённого полковника, указывал рукой в сторону русских окопов, и кричал, брызгая слюной:
- Нет, я туда не вернусь!
- Хоть расстреливайте!
Полковник выглянул из окопа и тут же упал, получив удар русским штыком. Я быстро измазал лицо землёй, и лёг на землю, раскинув руки...
Всё закончилось очень быстро, и вскоре я услышал боевой крик русских - "Ураааааа"!
Меня нашли, когда я пытался незаметно отползти, и отвезли на допрос. Там уже сидел наш лейтенант, который завидев русских, сразу же сдался. Рядом с ним сидел переводчик и спрашивал его о чём-то...
Лейтенант был явно не в себе, и постоянно твердил одно и тоже:
- Глаза мертвецов, глаза мертвецов...
Переводчик обратился ко мне, и попросил разъяснить бред лейтенанта, но тут в блиндаж вошёл один из солдат, участвовавших в атаке...
Лейтенант, увидев его, затряс рукой и стал молиться...
После войны, мы с лейтенантом пережив плен, получили разрешение вернуться в Германию.
Лейтенант отказался уехать, и провожая меня на вокзале, сказал:
- Клаус, я должен понять, что заставляет этих людей, идти на верную смерть с такими глазами, иначе мне до конца жизни будет мерещиться этот кошмар.
- Только тогда, я вернусь домой, без страха прошлого в душе...
Домой, он так и не вернулся...
Из воспоминаний рядового Клауса Рюгера