На этой неделе случилось столетие февральской революции. Катаклизм, в результате которого очень многие люди, потеряли почти все. Например, мой прапрадедушка был владельцем двух доходных домов в районе Кузнецкого моста (чуть позже напишу отдельный пост, почему владеть доходными домами тогда было круто) и имений где-то на Украине. Естественно, после 1917 года у него все забрали. Прадедушка этого не пережил и очень рано умер. Мне вот тоже обидно. Но прадедушка не был хорошим инвестором. А вот некоторые дворяне все-таки умели, что называется, диверсифицировать риски.
На зимних каникулах я прочитала несколько мемуаров и вынесла оттуда 3 вида инвестиций, которые помогли сохранить хоть что-то.
1. Недвижимость заграницей
Именно так знаменитая и очень богатая балерина Матильда Ксешинская (и первая любовь Николая 2) сохранила место для жизни. У неё была в собственности вилла неподалёку от Монако, где она долгое время жила в эмиграции.
2. Банковские вклады заграницей
Но тут надо было угадать со страной: например, банки в Германии из-за разгоревшейся Первой Мировой войны естественно ничего не вернули. А вот вклад в английском или американском банке оказался вполне работоспособными вариантом защиты средств. К сожалению, таким способом воспользовались немногие. Перед началом войны очень многие состоятельные люди в патриотическом (и защитном) порыве перевели все средства обратно на родину.
3. Драгоценности
Их ещё называют инвестициями последней надежды. Действительно, их легко вывезти и всегда можно продать. На себе драгоценности вывозили очень многие. Так, царская семья забрала с собой украшения в ссылку. Великие княжны вшивали их в корсеты. По одной из версий, они даже послужили бронежилетом и поэтому девушек ещё и добивали штыками (какое все-таки зверство!). Кстати, я так и не нашла информации, куда эти драгоценности делись после расстрела.
Правда, с продажей ювелирки тоже были сложности. Феликс Юсупов (тот самый убийца Распутина), наследник самой богатой семьи России после рода Романовых, рассказывает такую смешную и грустную историю в своих мемуарах. Семье были нужны деньги и она решила продать ожерелье из черного жемчуга и брильянтовые серьги Марии Антуанетты одной француженке. "Она пригласила на завтрашний обед, прося привести товарища – в кавалеры для подруги. Дело, кажется, принимало странный оборот… Ну, да ладно. На другой день мы явились в гостиницу. О ужас!.. Ожидали нас две уродины: расфуфыренные и размалеванные старухи с головы до пят в побрякушках. Фальшиво в них было все, кроме золота. Ожидая нас, старухи, по-видимому, откушали изрядно коктейлей и теперь, оскорбляя слух и взор, говорили чересчур громко. В ресторане было полно народу, многих мы знали. Заметив в дальнем углу короля Иммануила, я отвел глаза. Мне передали от него записку: «И тебе не стыдно водиться с такими?» Обед наш был пыткой".
Феликс понял, что не хочет отдавать драгоценности своей матери в такие руки и сбежал от старух.
Продать их оказалось очень сложно.
"Ювелиры словно сговорились. Приношу жемчуг – просят брильянты. Несу брильянты – хотят рубины и изумруды. О брильянтах Марии Антуанетты сказано было, что-де приносят несчастье. То же с черным жемчугом.
Расскажу характерный случай. Продал я наконец брильянтовые серьги Марии Антуанетты американке. Вручил их ей в обмен на чек. Поехал с ней, по ее предложению, в банк. К несчастью, вздумалось даме по дороге зайти на рю де ля Пэ к знаменитому ювелиру. Ждал я ее в машине с беспокойством. И недаром беспокоился. Вскоре она вышла с расстроенной физиономией, вернула мне серьги и попросила чек обратно. Ювелир сказал, что брильянты великолепны, цена умеренна, но, если хозяйку их обезглавили, стало быть, они несчастливые. И таких случаев было у меня сколько угодно.»
Но, с другой стороны, камни он в итоге продал и хоть что-то выручил.