Жила-была на свете дЕвица, Лизой ее звали. Была она не косая, не рябая и не убогая, а вполне себе симпатичная. Только вот вбила Лиза себе в голову, что не любит ее никто, и внимания добры молодцы не обращают. Услышала Лизонька как-то от подружек своих, что есть такая порча страшная на одиночество – «венец безбрачия» называется, вот и решила отчего-то, что этот самый венец у нее и есть. А то как же иначе то: не вьются ведь вокруг кавалеры, штабелями у порога не укладываются и подвиги во имя любви совершать не спешат – наверняка от того это, что завистники черные порчу лютую наслать сумели. А что с порчей делать требуется - это всякий разумный человек знает: снимать надобно, к мастеру идти али к колдуну какому за помощью обращаться. Вот и направилась Лизонька к деду Матвею как к самому большому специалисту по всяческим магическим напастям.
Посмотрел старик девице в глаза, за запястья ее пощупал, да все как есть рассказал: нет, мол, на ней порчи никакой, дурь одна, да мысли бестолковые. И ежели хочется Лизоньке счастье свое найти, да молодца доброго встретить, то не порчу мнимую снимать надобно, а глазки красить, улыбаться чаще, да внимание с себя любимой на других людей переключить – вона Митька, кузнецов сын, который год круги вокруг дома нарезает, услуги мелкие оказывает, внимания добивается…Не по нраву пришелся Лизоньке совет дедов, решила, что и вовсе не разбирается старый ни в порчах тяжелых, ни в делах любовных. Легко сказать - улыбайся, глазки крась, да в себе не закапывайся, неудачи и проблемы свои не перемалывай – да как же сделать это, ежели порча черная на тебе лежит!? Ведь это именно из-за нее, проклятой, ходит Лизонька целыми днями хмурая и недовольная, на людей добрых что собака дворовая бросается! Разве ж можно это, так просто в руки себя взять, улыбаться начать да глазки красить!? Разве ж от Лизоньки улыбка зависит!? Да и Митька тот на нее вовсе не заглядывается, а так просто по делам хаживает… Обиделась девица на деда Матвея страшно, да и пошла других мастеров искать, что по делам любовным специализируются и венец ее черный на безбрачие снять способны.
Ходила девица по разным мастерам - и к Бориславу, и к Василисе, и еще к куче людей за помощью обращалась – да все без толку. Не видит никто порчи черной, воздействия страшного, что неудачи приносит, а говорят только про дурь в голове, да установки негативные. Дескать, стоит Лизоньке себя в руки взять, усилия приложить минимальные, так жизнь-то личная сразу и наладится. Не верит им Лизонька, все кудесника ищет, что порчу найдет, да по щелчку снимет, от проклятия страшного избавит, так сделает, чтобы Лизоньке совсем-совсем трудиться не пришлось - ни мышление менять, ни себя перевоспитывать. А пока девица ходит да кудесника ищет, дела ее все хуже и хуже становятся: мысли черные печальные все глубже в душе укореняются, реальность формируют, да на внешности сказываются. Оно и правда: о чем думаешь — тем и становишься, про то всякий знает. Пропала Лизонькина красота, кожа серая стала с пупырышками странными, волосы поредели, пропали последние кавалеры, что характер дурной терпели, да о внимании мечтали, даже Митька – и тот на соседке женился, лишний раз подтвердив историю о том, что просто так к Лизоньке бегал, вовсе не заглядывался… Еще больше уверилась Лизонька в силе страшной порчи, с тройным усердием мастера начала искать, да вот беда - не видит порчу коварную никто кроме нее, все мозги вправить пытаются, да усилия прилагать требуют.
Она и сейчас по свету ходит, на беды свои жалуется, помочь просит, порчу снять, жизнь личную наладить, да вот только как же то снять можно то, чего нет и никогда не было? Смеются над ней мастера разные, некоторые и деньги берут, пустышками кормят, а дела как были печальными - так печальными и остаются, вернее, еще печальнее становятся. Здесь ведь не порчу выдуманную снимать надобно, но мысли изменить, да поведение поправить, а это вам не колдунство всякое на ровном месте выискивать. Сторонятся Лизоньку люди простые, хоть и жалеют девицу, что себя загубила по глупости. Втихую прозвали ее Лизой Самопоркой, потому что так себя собственными мыслями пороть, чтобы всю жизнь мучаться — это постараться нужно. Токмо при ней не произносят соседи имени такого, чтобы уж совсем девицу не расстроить. Ни к чему это.