После войны 1992-93 гг. Абхазия надолго стала меккой столичных креаклов — любителей заброшек и абандонов (почему этих любителей непропорционально много именно в столице и практически нет в провинциях — тема отдельного социологического исследования). С появлением цифровой фототехники, примерно с начала 2000-х годов фотографии полуразрушенных абхазских городов заполнили сеть.
Далекие от креаклов российские обыватели, мужественно выбравшиеся на экскурсионной газельке с пицундского пляжа в Новый Афон, также оказываются поражены количеством домов без окон, крыш, стен.
Однако, если начать внимательно присматриваться, то обнаружится, что "разрушенные" дома бывают нескольких типов!
Во-первых, это дома или квартиры, в которые действительно попал снаряд, которые получили повреждения и стали непригодные для жилья или другого использования. В подавляющем большинстве это относится именно к частному жилью. Инфраструкрутных или промышленных зданий с такими повреждениями мной замечено не было.
Во-вторых, это дома покинувших Абхазию грузин (в местных разговорах называемые иногда "трофейные"), которые за 20 лет просто пришли в негодность. Утверждается, что по итогам войн 1992-93 гг. и 1998 г. Абхазию покинуло около 220 тыс. этнических грузин, чуть менее половины населения Страны (525 тыс. чел. в 1989 г.). В южных районах есть целые улицы брошенных и почти развалившихся домов, напр., в Очамчире. Поскольку население Абхазии очень далеко от предвоенного уровня (в 2011 году — 215 тыс. чел.) и темпы восстановления восстановления численности крайне незначительная (в 2003 было 214 тыс. чел.), неудивительно что эти дома оказываются невостребованными и их никто не чинит.
В-третьих, это огромное количество неиспользуемых инфраструктурных объектов СССР. До 1991 года чего только не было в Абхазии: и военные базы, и занимающийся ядерными исследованиями институт, и санатории, санатории, санатории — на очень небольшом клочке земли с субтропическим климатом для огромной преимущественно северной страны. В развалом страны отпала надобность в этих объектах и за 20 лет они также пришли в негодность. Огромный санатории РВСН СССР в центре Сухума — тому первый пример.
Квинтэссенция домов второго и третьего типа — Ткуарчал — полумертвый город, а ведь там никакой войны не было.
В-четвертых, изредка, в самых неожиданных местах встречаются недоделанные строения эпохи кооперативного движения (1987-1991 гг), когда что-то такое (ресторан) начиналось строиться, а потом или деньги кончались, или заказчика убивали. Несоразмерное (по отношению в другим регионам СССР) кол-во таких недостроев легко объясняется местными — грузинскими — особенностями народного хозяйства.