Холодное мартовское утро, снег, слякоть, огни и снежинки в Камергерском переулке. Море людей, ожидающих под снегом. Снег тает и смешивается со слезами. Прощание с человеком-эпохой, человеком-радостью, человеком-театром. Никто не заставлял и не уговаривал этих людей стоять несколько часов под снегом, они не смогли иначе. Смогли прийти и не смогли не прийти. Я тоже не смогла не прийти, все сошлось, выехала в шесть утра из своего города С. и в девять уже стояла в очереди в Камергерском переулке. Очередь движется, в половине десятого подошли ко входу в театр, несколько рядов досмотра. Корректный молодой охранник не пропустил мою термокружку с кофе, оставила ее под столом охраны. Зашли в зал, зал полон коллег-актеров, друзей и близких, а нам, зрителям, разрешили пройти вдоль сцены и возложить цветы. Всего несколько мгновений, эмоции захлестывают, почти ничего не вижу и не соображаю. Остаться нельзя, просят выйти. Вышла на улицу, вход и выход не пересекаются, чтобы забрать терм