На левом берегу Сунжи,рядом с современным ингушским селением Плиево (Назрановский район Чечено-Ингушской АССР) стоит изящный белокаменный мавзолей с прямоугольным основанием и полукруглым куполом.С южной стороны его-стрельчатая арка,венчающая невысокий вход,на котором три плиты с арабскими надписями.Они сообщают,что мавзолей построен в 808 году хиджры (29 июня 1405-17 июня 1406 г.) для захоронения некоего "Бек-Султана,сына Худайнада".Однако в подземной гробнице путешественники XVIII-XIX веков наблюдали значительное количество мумифицированных трупов в дорогих одеждах,и,значит,персональная по замыслу гробница стала со временем коллективной усыпальницей. У окрестного ингушского населения мавзолей именуется Борга-Каш,что означает "Могила Боргана",то-есть связывается с этнографической группой борган,известной на Северном Кавказе по русским письменным источникам,начиная с XVI в.,и оставившей след в фольклоре многих народов. Долгое время считалось,что самым ранним упоминанием мавзолея являе
На левом берегу Сунжи,рядом с современным ингушским селением Плиево (Назрановский район Чечено-Ингушской АССР) стоит изящный белокаменный мавзолей с прямоугольным основанием и полукруглым куполом.С южной стороны его-стрельчатая арка,венчающая невысокий вход,на котором три плиты с арабскими надписями.Они сообщают,что мавзолей построен в 808 году хиджры (29 июня 1405-17 июня 1406 г.) для захоронения некоего "Бек-Султана,сына Худайнада".Однако в подземной гробнице путешественники XVIII-XIX веков наблюдали значительное количество мумифицированных трупов в дорогих одеждах,и,значит,персональная по замыслу гробница стала со временем коллективной усыпальницей.
У окрестного ингушского населения мавзолей именуется Борга-Каш,что означает "Могила Боргана",то-есть связывается с этнографической группой борган,известной на Северном Кавказе по русским письменным источникам,начиная с XVI в.,и оставившей след в фольклоре многих народов.
Долгое время считалось,что самым ранним упоминанием мавзолея является его описание,данное в 1747 году поручиком Бибирюлевым.Но недавно мною выдвинута версия о том,что под названием "Тимурева богатырева могила" Борга-Каш фигурирует во вставках в соответствующие "северокавказские этюды" русских летописей,сделанных в середине XVI в.Эта точка зрения находит сегодня сторонников среди специалистов.
Но сама-то история мавзолея,построенного в первых годах XV века,древнее этих сведений о нем.И тут,конечно,главное слово принадлежит архитектурным особенностям памятника и фольклору,связанному с ним.А они привлекают пристальное внимание исследователей уже более 200 лет (начиная с И.Гюльденштедта и Ю.Клапорта).
Специалистом приступившим к обстоятельному изучению мавзолея и детальной подборке всех мнений,высказанных о нем в научной литературе,был профессор Л.П.Семенов.Он посвятил Борга-Каш статьи,вышедшие в свет в 20-50-х годах нашего столетия.И сегодня серьезная работа над историей Борга-Каш невозможна без трудов Л.П.Семенова.
Однако,они подведя важный итог исследований,не решили всех вопросов.Сам автор писал: "Многое в судьбе Борга-Каш остается еще невыясненным,но дальнейшие систематические разыскания дадут,несомненно,немало дополнительных сведений,касающихся истории памятника и его роли в жизни окрестного населения".
Среди самых дискуссионых вопросов Л.П.Семенов называл и проблему "национальности строителя или лиц,погребенных в мавзолее".При этом в числе десятка претендентов на такую честь он называл,в частности,и ногайцев,а также "крымцев (они же борганы)".В его понимании все эти три этнические группы были очень близки,если не тождественны.Бек-Султан Худайнадова он считал крымским феодалом.Среди надгробных памятников Крыма предлагал Л.П.Семенов искать и параллели внешнему виду мавзолея Борга-Каш.Многое в этой трактовке представляется правдоподобным,а главное-она дает базу для новых поисков.
Выводы Л.П.Семенова побудили собрать и рассмотреть в сумме многочисленные топонимические и фольклорные свидетельства,так или иначе связанные с этнонимом "борган".В итоге краевед М.М.Базоркин установил былое пребывание борган в равнинной части Чечено-Ингушетии и Северной Осетии от устья Сунжи до г.Орджоникидзе включительно.
В середине 60-х годов известный кавказовед Л.И.Лавров уточнил прочтение надписей мавзолея Борга-Каш и тонко проследил по данным топонимики и письменных источников историю северокавказских перемещений в XVI-XVIII веках тюркоязычного племени борганов (основа их имени легко понимается на базе ногайского,в частности,термина "барган" означающего-ходивший,передвигающийся).Этнограф посчитал их кумыками, "которые ранее XVI века переселились в Центральную часть Северного Кавказа,в течение длительного времени жили по соседству с кабардинцами,частично смешались с ними,и сменив несколько раз свое местопоселение,к XVIII веку прочно обосновались в низовьях р.Сунжи,основав там селение Брагуны".
Но строительство мавзолея и самого Бек-Султана Л.И.Лавров не склонен был отождествлять с этими кумыками-бораганами.По его мнению,Бек-Султан Худайнадов "был скорее всего представителем ногайской знати,пережившим опустошительное нашествие Тимура 1395-1396 гг."Одновременно Л.И.Лавров обратил внимание на сходство Борга-Каш с маджарскими золотоордынскими мавзолеями,облик которых сохранился до нас в рисунках 1742 года.Следовательно,суммируя осторожные и не всегда четкие выводы этнографа,можно было считать:Борга-Каш первоначально-гробница золотоордынского (ногайского) феодала,и лишь в последствии она стала использоваться как родовой склеп борганских мурз.
Вскоре была обнародована и моя версия исторической интерпретации мавзолея.Она выросла на основе синтеза наблюдений Л.П.Семенова и Л.И.Лаврова.Я решительно склонился к признанию ногайской принадлежности Бек-Султана.Акцентируя малоизвестные широкому кругу специалистов сюжеты ногайского и ингушского фольклора и опираясь на свое понимание исторической обстановки рубежа XIV-XV веков,в ряде работ я пытался охарактеризовать ту ситуацию,в которой могло появиться мусульманское надгробие над могилой ногайского мурзы у самой подошвы Кавказских гор.
За минувший с тех пор срок (вроде бы и небольшой для развития науки) многое изменилось и уточнилось.Причем сам Борга-Каш,видимо,исчерпал себя по части какой-либо принципиально новой информации.Но резко возросли сравнительные данные и уровень их интерпретации.
Работами археологов А.П.Ранича и Э.В.Ртвеладзе в Пятигорье была выявлена большая группа прежде неизвестных памятников золотоордынской эпохи,в том числе-несколько мавзолеев XIV века между Ессентуками и Кисловодском.Исследователи верно сопоставили этот факт с существованием в местности Биш-Даг летней ставки ханов Золотой Орды.Но особенно знаменательно,что,как показал последующий анализ археолога Р.А.Даутовой,строительный модуль ессентукских мавзолеев оказался тождествен архитектуре Борга-Каш,который хронологически следует за ними.
Очень перспективными в этой связи оказались поиски не полностью мобилизованной Л.И.Лавровым "боргунской топонимики" в округе Кисловодска и связанных с ней фольклорных сюжетов произведенные историком Т.С.Магомадовой.Они позволили предложить более детальную картину исторических блужданий боргунцев по степям Северного Кавказа.
Исходный пункт их миграции сопоставляется с районом Пятигорья,где угадывается центр ранней истории этого тюркоязычного племени.Была высказана мысль,что после опустошительного похода Тимура,обезлюдевшего равнины Предкавказья,борганы передвинулись на восток,в район верховий Сунжи,где и оставили о себе многочисленные следы в названиях местностей и в виде мавзолея Борга-Каш.Но тут ослабевшее тюркское племя вскоре попало в зависимость от кабардинских князей,чьи владения распространились вплоть до западных районов Чечено-Ингушетии.А дальше его история оказалась тесно связана с историей кабардино-кумыкских феодальных междоусобиц XVI-XVII веков.
Легко заметить,что в такой трактовке вся история Борга-Каш связывается именно с тюркоязычными борганами.Предполагается,что Бек-Султан Худайнадов-родоначальник той борганской знати,которая затем весьма долго использовала его гробницу в качестве фамильного склепа,живя на берегах Сунжи.Увековечив свое личное имя (и "отчество") в надписи над входом в мавзолей,Бек-Султан,сын Худайнада,в глазах современников и потомков продолжал оставаться мурзой борганов,и это "этническое наименование" оказалось сильнее собственного имени в названии фамильного склепа.Думается,что данная версия согласуется с историческими событиями,разыгравшимися на Северном Кавказе.
Но если вся история Борга-Каш-это история борганов,то при чем тут ногайцы?Может быть правы те специалисты,которые вообще отказывают ногайцам в их истории на Северном Кавказе вплоть до середины XVI века,когда Малые Ногаи во главе с Казыем Ураковым переправились через Волгу,освоив степи Приазовья и Предкавказья.Очевидно,вопрос значительно сложней и совсем не однозначно связан с проблемой образования Ногайской орды в заволжских степях.
Признанный знаток этнической истории Северо-Западного Кавказа Е.П.Алексеева очень верно заметила:Этническую историю ногайцев на раннем ее этапе до сих пор нельзя считать изученной,она требует специальных кропотливых исследований..."Сказано это в ответ тем,кто склонен абсолютировать роль "Мангитского юрта" в сложении ногайской народности и тем самым выводить ее на европейскую историческую арену куда позднее,чем был,в частности,сооружен Борга-Каш.
Сам я разделяю ту периодизацию ногайской истории,которую на примере анализа этнонимии этого народа четко охарактеризовала Н.Г.Волкова.При этом первый этап становления ногайцев должен сопостовляться с улусом золотоордынского темника Ногая,еще не выделившимся из Золотой Орды в качестве самостоятельной политической единицы (последняя треть XIII-конец XIV вв.).И дело тут не только в прямом созвучие имени Ногая и будущего названия народа,может быть,даже не столько в том.
Сегодня никто,пожалуй,не отрицает,что в состав войска Ногая входило значительное число мангитов-монголов,уже воспринявших кипчакский тюркский язык.Едва ли не так же бесспорно и то,что в улусе Ногая рядом с мангитами и вперемежку с ними творили свою историю другие племена и роды тюркоязычных степняков-прямых потомков кипчаков конца раннего средневековья.Во второй половине XIV века зона политической активности этого улуса охватывала и Северный Кавказ,где в орбиту его активно втягивались и иные тюркоязычные племена,в том числе и прямые потомки кипчаков.
Именно к числу таковых и резонно отнести борганов,базировавшихся первоначально на широкую округу Кисловодска.Местный фольклор и сама связь их племенного названия с известным городищем Рим-Гора (Рум-Гора),имевшим более древнее название "Боргустан" (местопребывание борганов),намекает на то,что утверждение здесь тюркского (кипчакского?) племени борганов произошло еще до монголо-татарского нашествия.Затем,вполне естественно,борганы оказались вовлечены в состав Золотой Орды,в рамках которой они стали органической частью местной этнополитической панорамы.Весьма знаменательно,что "борганы" упоминаются в числе 77 народов Кавказа в грузинском источнике XIII в.в контексте,отражающем еще домонгольскую ситуацию.Это,думается,подтверждает мысль об их связи с кипчакским населением доордынской эпохи.
В то время территория равнинной зоны Центрального Кавказа составляла область Бестан (Бештау) с главным городом Жулат (Татартуп).И вполне возможна роль борганов-тюркоязычного кипчакского колена,имевшего глубокие уже корни на Северном Кавказе-была высока в этой части улуса потомков темника Ногая.
Во всяком случае,по одному,из наиболее популярных у ингушей преданий,в мавзолее Борга-Каш был похоронен,властелин Татартупа Борга-хан-ногаец,один из ханов Золотой Орды.В правление Мамая "ногайцы в большом количестве...перекочевали со своими стадами на плоскость нынешней Чечни,где глава их орды Бора-хан основал свою резиденцию..."А в ногайской поэме "Мурза-Едиге" говорится о Султане Берки-хане,властителе Татартупа,и описываются ужасные последствия разгрома Тимуром Тохтамыша.В целом же ногайский фольклор полон воспоминаний об опустошительном походе Тимура,истребившего цвет ногайских орд.И вот в этих-то фольклорных сюжетах видится зерно истинных обстоятельств.
Собственно Ногайская орда (Мангитский юрт),кочевавшая между Волгой и Яиком (Уралом) и возглавленная Едигеем,выделилась из Золотой Орды в течение 1395-1396 годов,то-есть в период борьбы Тимура и Тохтамыша.Ядром,вокруг которого происходила консолидация новой орды и будущей ногайской народности,были мангиты.Однако в нее входили и многочисленные тюркские,в том числе кипчакские,племена Предкавказья, "которые в значительной мере ассимилировали мангитов,воспринявших от половцев тюркский язык и многие элементы их культуры".
Страшный погром,учиненный Тимуром в 1395-1396 годах на Северном Кавказе,должен был окончательно разграничить Мангитский юрт Заволжья и родственные его составу этнические группы,волею обстоятельств оставшихся на Кавказе.В числе последних,вероятно,и были борганы-часть улуса Ногая и в этом смысле "ногайцы" (возможно,точнее-протоногайцы).Они,обессилев в боях конца XIV века,не влились в границы уже независимой Ногайской орды Едигея.Но,может быть,стремились к этому?Ведь не случайно одна из упоминаемых легенд гласит,что ногайский властелин Татартупа (напомню-это центр области "Бестан") переселялся на восток,вдоль Сунжи,и умер в пути.Не случайно,судя по топонимике,новый исторический центр борганов оказался на одном из традиционных путей,связывавших Пятигорье и Северный Прикаспий.Здесь и был воздвигнут Борга-Каш.И не зря сквозь века проходят ногайские мотивы в фольклоре,связанном с замечательным памятником.
Больше того,мне представляется,что и в среде населения Ногайской орды Заволжья,а потом Малых Ногаев,вновь обьявившихся на Северном Кавказе с середины XVI века,сохранялась память об исходе (по крайней мере части из них) из Предкавказья,где остались давние сородичи и союзники.
Иначе бы парадоксом остались строки из русского документа 1492 года о том,что "Орда...перекочевала к Пятма Горам",то есть какая-то группа обитателей Мангитского юрта (за полвека до выделения Малых Ногаев!) уверено отправилась в далекое "путешествие",имея конечной целью бывший важный центр истории части своих предков.Этот факт не единичен.По сведениям 1542 г.,ногайский мурза Мамай "пошел...от Асторохани кочевать на старое ногайское кочевище на Терек на реку,под Тюмень,подался к Хвалынскому морю".Следовательно,территории "старых ногайских кочевищ" доподлинно отождествлялись с различными районами Северного Кавказа,и это-очень симитоматично!Память народная цепко держит воспоминания о минувших страницах истории,бережно хранит сведения о сородичах былых лет и веков.С этой позиции можно попытаться обьяснить и еще один курьез.
С начала XVI века политика Малых Ногаев в Предкавказье сильно оживилась и активизировалась.Военная мощь этой части Орды пугала местные феодальные силы,которые обращались за помощью друг к другу и Русскому государству,проводившему,однако,весьма гибкую политику в этом вопросе.А гибкость была тем необходимее,чем больше понимала русская администрация на Тереке,что у ногайцев есть исторические союзники среди населения Кавказа.В числе их были и кумыки-тюркоязычные кавказцы,в происхождении которых роль кипчаков была существенно велика.В 1589 году Терский воевода сетует на то,что "В Терский город нагайские и кумыцкие люди не приезжают,а ездят,государь:Нагаи в Кумыки торговать,а Кумыки в Нагаи".И как не вспомнить тут,что в документе 1604 года говорится: "в Казыевом улусе (малые Ногаи-В.В.) есть люди кипчакского рода...",а современные исследования устанавливают,что в числе колен ставропольских ногайцев был и род "кьумукь",закономерно связываемый с кумыками.
И вот,когда в 1619 году кабардинские князья затевают грандиозный по замыслу поход на "нагайских людей",привлекая к нему в качестве союзников всех соседей,странно видеть в этом списке и "кумыцких людей",изьявивших,якобы,согласие на совместные действия с кабардинцами.Но это,оказывается,всего лишь политическая уловка.Вместо похода на ногайцев,кумыкский князь Султан-Махмуд Эндерийский,усыпив бдительность своих давних кабардинских соперников,вторгся на берега Сунжи и увел оттуда ("из Черкас") борганов-ослабевшее тюркоязычное колено,находившееся в зависимости от кабардинцев,поселив их в своих владениях.И из источников вовсе не вытекает,что борганы сопротивлялись такому повороту в своей судьбе.Не таится ли в этом факте еще один отголосок реально существовавших воспоминаний о былом (кипчакском) единстве борганов,кумыков и ногайцев,дающем себя знать даже спустя 200 лет после того,как оно было нарушено в бурных событиях конца XIV века?..
Подводя итоги предпринятого анализа,подчеркну все еще предположительный характер интерпретации мавзолея Борга-Каш,как памятника,связанного с предысторией Ногайской орды.Но она-эта предыстория формирования ногайцев как народности-столь не разработана,что заслуживает попыток привлечения любых возможных новых данных и версий.
Суть же изложенного можно сформулировать так:мавзолей начала XV века Борга-Каш в сопоставлении с иными материалами дает право склоняться к мнению о том,что в истории сложения ногайцев вклад обитателей Северного Кавказа золотоордынской эпохи был вполне определен,хотя еще и далеко не раскрыт с достаточной полнотой.
