Утром немцы после очередного артобстрела вновь пошли в атаку. Кедров понимал, что этот бой может оказаться последним. Понимал это и командир роты Герасимов.
— Что будем делать? — спросил он Кедрова, видя, что политрук тоже еле держится на ногах.
— Будем драться,— спокойно ответил Кедров.— Приказа об отступлении пока нет, а возможно, его некому уже и подавать-то... нас уже наверняка списали. Единственное, что меня волнует, некому будет составить донесение о нашей гибели. «Без вести пропавшие» — это страшнее, чем смерть.
Но каким-то чудом батальону опять удалось отбить атаку. После этого немцы прекратили наседать на горстку оставшихся в живых бойцов. Ночью следующих суток по рации поступил, наконец, приказ об оставлении боевых позиций. Немцы, оказывается, на других участках уже прорвали оборону и пошли преследовать отступающие части дивизии.
Когда стало ясно, что линия фронта уже отодвинулась далеко на восток, и остатки батальона двигаются по территории, занятой врагом, комбат Стрижов принял решение создать боевые группы, собрав оставшихся в живых бойцов батальона и тех, кто отступал разрозненными отрядами и в одиночку из западных областей. Всего собралось около 800 человек. Более трети из них ранены. Боеприпасы на исходе. Ими отступающая группа могла снабдить себя только за счет врага, нападая на обозы и мелкие группировки немцев, движущихся вслед основным силам, которые уже давно прошли по магистральным дорогам Белоруссии в смоленском направлении.
Бойцы делали переходы по 30-40 километров в сутки, двигались в основном в стороне от главных дорог, выбирая лесистые места. Исхудавшие и изможденные бойцы с каждым днем теряли силы. В первые дни еще удавалось их поддерживать питанием за счет небольшого стада скота, взятого с одного из колхозов по совету белорусских крестьян. Но чем дальше, тем труднее становилось с питанием.
Однажды к бойцам прибежала девочка лет четырнадцати и рассказала, что немцы все местное население и группу отступающих солдат взяли в плен, загнали в поле, окружили колючей проволокой, по углам поставили танки и собираются отправлять в Германию.
Медлить было нельзя. Комбат старший лейтенант Стрижов собрал четыре боевые группы, назначил командиров, подробно расспросил девочку о местоположении лагеря, средствах охраны и составил план одновременного налета по немцам с четырех сторон. Для уничтожения танков у бойцов набралось всего несколько бутылок с зажигательной смесью.
Операция была проведена блестяще. Смелым и дерзким налетом всей группы подожгли танки, расстреляли охрану лагеря и освободили заключенных. К батальону присоединились военнопленные и молодежь из гражданского населения. После этого батальон нанес удар еще по нескольким группам фашистов, разгромил обозы, взорвал полотно железной дороги, мосты.
Но в течение десяти дней отступления с боями боеприпасы кончились, с питанием становилось все труднее. Население деревень, вблизи которых отступал батальон, не в состоянии было прокормить такое количество людей. Проблемы вставали одна за другой.
Смотреть похожие публикации
Понравилась статья? Подпишись на канал!