Соединенные Штаты заинтересованы в продаже своего нового истребителя пятого поколения F-35 как можно большему числу покупателей. В противном случае программа рискует оказаться убыточной. Однако желающих приобрести значительное количество этих крайне дорогих и еще сырых самолетов не так велико, как хотелось бы Вашингтону.
Так, Германия стоит на пороге замены значительной части авиационного парка Люфтваффе. Старые Panavia Tornado, стоящие на вооружении ФРГ нуждаются в замене, и начальник штаба авиации Карл Мюллернер не скрывает, что хотел бы получить вместо них новенькие F-35.
Правительство не разделяет его оптимизм, причем сразу по двум причинам. Во-первых, американские истребители невероятно дороги. Причем не только сами по себе. Обслуживание этих машин требует постройки специализированных ангаров, покупки соответствующего оборудования, обучения специалистов… В общем, деньги немцы считать умеют.
А во-вторых, Бундестаг резонно считает, что такая покупка ослабит европейскую оборонную промышленность и поставит Германию в зависимость от воли США. На фоне потенциальных скандалов вокруг антироссийских санкций и строящегося газопровода «Северный поток-2» такая перспектива кажется немецким парламентариям малопривлекательной.
Но американцы не теряют надежды продать немцам свои самолеты, поскольку у них на руках есть один важный козырь. На немецкой авиабазе Бушель в Рейнланд-Пфальце хранятся американские ядерные авиационные бомбы В-61. Именно об их модернизации недавно объявлял Пентагон.
Эти боеприпасы могут устанавливаться на F-35 и на Panavia Tornado. Однако последние не обеспечивают таких возможностей уклонения от систем ПВО, как продукция Локхид Мартин. Что касается перспективного франко-немецкого истребителя с пониженной радиолокационной заметностью, то работы над ним находятся в начальной стадии, и пройдет много лет, прежде чем эта машина сможет наводнить Люфтваффе.
Таким образом, Соединенные Штаты как бы дразнят Германию конфеткой в виде ядерной бомбы, намекая на обязательства перед НАТО. Как воспримет такой ход руководство Германии — остается только гадать. Впрочем, времени на принятие решений у немцев все меньше.