Александр Латкин о том, как опасно быть европейцем.
Петербургский Кокушкин переулок. Организованная группа китайцев с палками для сэлфи стоит на том месте, где Родион Раскольников узнал о существовании старухи-процентщицы. И именно здесь, сделав крюк, он с висящем в петле под сюртуком топором шел старуху-процентщицу убивать.
Китайцы — возможно экскурсовод рассказал им о ужасе этого места — демонстрируют шумный восторг. Они фотографируют безумный июньский закат, других китайцев на фоне безумного июньского заката, себя, с помощью полки для сэлфи и компьютерной обработки, встроенных в безумный июньский закат.
Действительно, Кокушкин переулок, переходящий в Кокушкин мост, переходящий в Столярный переулок, упирающийся в Казанскую улицу созданы для демонстрации одних из самых красивых в мире закатных видов. Перпендикулярный этой закатной линии дом 46 по Садовой улице нужно переоборудовать в видовой трехэтажный ресторан — надеюсь, для переселения питерских старушек из коммунальных квартир не понадобится очередной Раскольников.
Концепция ресторана должна быть выстроена вокруг питерских летних закатов. Так в индийском штате Гоа главным событием дня становится закат — на протянувшемся с севера на юг побережье все прибрежные рестораны повернуты к океану, на запад. Туристы, представляющие себя хиппи, собираются в ресторанах именно к закату чтобы запечатлеть своими смартфонами touchdown — момент касания солнцем водного горизонта. Так и в Петербурге должен существовать специальный термин, означающий закатное касание солнца границы крыш — хорошее задание для бесцельно выпивающей питерской интеллигенции.
Но для начала питерская интеллигенция должна сказать китайцам: «Бегите от Достоевского, от того, что вы называете русской душой, от европейской лукавой мировоззренческой каши (точнее, крем-супа)! Да, внедрение европейских управленческих технологий сделало Китай мировой сборочной фабрикой. Но приходящая с европейскими технологиями душевная изощренность испортит вам жизнь — по себе знаем!»
Китайцы, конечно, будут возражать. На что им нужно сказать: «Вам же есть куда бежать! У вас же был свой Великий Китай. Было время, когда Китай был более развит, более силен, более культурен, чем Европа. Вы, если бы захотели, смогли бы тогда легко поработить Европу. Спасибо, что не захотели. И в качестве благодарности сообщаем вам сокровенное знание — с этой европейской утонченной кашей (точнее, крем-супом) в голове очень непросто жить».
Но китайцы не слышат. Решив, что закат, записанный в память смартфонов, ими присвоен, они весело идут в сторону снижающегося солнца, в самый эпицентр достоевщины, буквально повторяя европейский путь Раскольникова к его дому, где он решил обрести европейские достоинство и право.
Мы этот путь уже прошли — еле живы остались. Европа — это не только чистые улицы и сто сортов сыра. Это и топор под сюртуком нищего униженного интеллектуала. Научиться совмещать сыр и топор крайне сложно — мы только сейчас почти научились.
Китайцы, опомнитесь! Мы уже один раз научили вас европейской социальной технологии под названием Коммунизм. Мало того, что сами от нее пострадали, так и вас привлекли к коммунистическим страданиям. Не нужно становиться европейцами, оставайтесь азиатами.
У нас же такого выбора нет — мы сейчас самая большая европейская нация и нам пора начать занимать место в Европе, соответствующее нашему размеру, статусу нашей культуры, нашему Достоевскому.
Мы сами без вашего участия справимся со своим Достоевским!
Фотографии нашего заката можете оставить себе.
Первый русский поэт, знающий что такое EBITDA, напоминает: если вам понравилось или вы принципиально со мной не согласны — не забудьте подписаться на мой канал.
Читайте другие тексты Александра Латкина
Через 50 лет о нас некому будет рассказать
Гоголь в исполнении Ксении Собчак как зеркало выборов
Убей в себе советского шахматиста!