«Нужны новые формы!» - возвещал Константин Треплев в знаменитой пьесе Антона Павловича Чехова «Чайка».
Герой, созданный классиком, мечтал поставить новаторский спектакль, коренным образом отличавшийся от театральных традиций его современности. По примеру Треплева великое множество деятелей культуры во все времена старались также искать новые, доселе неоткрытые способы творческого самовыражения.
Сегодняшний век не исключение. Однако не забыли ли в погоне за формой современные творцы о содержании?
Так как «Культпросвет» больше разбирается в киноискусстве, то в первую очередь мы обратим внимание именно на кино.
Какие мы вспоминаем попытки отличиться при помощи формы подачи в кинокартинах последнего времени?
Тимур Бекмамбетов, например, активно старается внедрять разнообразные фильмы, полностью построенные на общении по Скайпу: от весьма посредственных «Убрать из друзей» до совершенно беспомощных перед какой-либо критикой «Взломать блогеров».
Он же принимал участие и в создании полнометражного дебюта известного клипмейкера Ильи Найшуллера «Хардкор». Основной отличительной особенностью «Хардкора» стала съёмка всего действия от первого лица, словно в компьютерном 3D-шутере.
Американский постановщик Дэвид Эйр сделал «Патруль», в котором большое количество материала снималось с автомобильных видеорегистраторов.
Что объединяет эти примеры?
Рискнём заявить, что полное пренебрежение содержанием. Чем оправдано использование Скайпа в фильмах, поддержанных Бекмамбетовым, кроме крайне низкой стоимости производства? Ничем.
Концептуально подобный творческий метод не соотносится с содержанием указанных картин. Голый коммерческий интерес.
Как обоснована съёмка от лица героя в «Хардкоре» с точки зрения содержания? Никак, потому что содержание этого кинофильма не представляется возможным обнаружить – мы просто полтора часа наблюдаем за стилизованным под компьютерную игру незамысловатым примитивным сюжетом, состоящим из череды экшн-сцен.
«Патруль» также не хватает звёзд с неба, используя видеорегистраторы просто как забавный формальный трюк, никак не привязывая приём к истории.
К огромному сожалению, примеры подобного использования всяческих ухищрений сегодня многочисленны.
Более того, иногда приходиться слышать от некоторых специалистов призывы к тому, чтобы все фильмы с какого-то момента стали активно использовать ту или иную формальную стилистику.
Один из авторов «Культпросвета» лично беседовал со сценаристом, уверенным в том, что съёмка от первого лица, как в «Хардкоре» - это прорыв, который должен навсегда изменить кино.
Мы должны заметить, что кино меняется не из-за смены точки съёмки. И не из-за любого другого чисто внешнего изменения, которое раньше не встречалось. Оно меняется посредством содержания.
А вернее взаимодействия формы и содержания. «Новый Голливуд» со своими легендами вроде Фрэнсиса Форда Копполы, Мартина Скорсезе, Хэла Эшби или Уильяма Фридкина резко изменил лицо американской кинематографии не потому, что эти авторы стали снимать сцены качающейся камерой, использовать блики объектива или активно применяли ассоциативный монтаж (хотя это сыграло свою роль).
«Новый Голливуд» предложил новые проблемы, ставил новые вопросы, подвергал сомнению устоявшиеся в предыдущие десятилетия догмы. И именно новое содержание требовало новых форм.
Сегодня тоже объективно существует потребность в новом содержании.
Даже больше того. Теперь возникла необходимость возвращать какое бы то ни было содержание вообще, потому что кинематографический мейнстрим утонул в однохордовых конфликтах экранизаций комиксов или повальном увлечении политкорректностью.
Кинематографисты (и их хозяева из крупных киноконцернов) будто вообще забыли о содержании. Забыли о постановке вопросов. Забыли о связи с аудиторией. Их искания новых форм зачастую превращаются в циничный поиск удачного коммерческого решения, способного привлечь побольше денег в кассу.
Часть зрителей к этому привыкла – её приучили к предлагаемому продукту. Но солидный сегмент любителей кино остаётся осиротелым, не имея возможности посмотреть содержательный фильм.
Безусловно, периодически возникают попытки найти гармонию между новой формой и новым содержанием (например «Бёрдмен» или последние фильмы Андрея Кончаловского). Но, к сожалению, они слишком разрозненны, нерегулярны, одиноки.
Сможет ли осознанное меньшинство от киноискусства склонить ситуацию в свою сторону или, в конце концов, будет окончательно раздавлено коммерческими пустыми формами от коллег по цеху – этот вопрос остаётся открытым.
Спасибо за внимание! С Вами был «Культпросвет», подписывайтесь на канал! С нами интересно!