Что общего у Билимбая и БИ-1, где пересекаются пути исторического бунта Пугачева и советского летчика Бахчиванджи, и как объект культурного наследия стал кладбищем истории?
Есть в Свердловской области Билимбаевский чугунолитейный завод. Объект культурного наследия, между прочим. Правда, на месте самого завода развалины, а главная часть огорожена забором и опекается охраной.
Течет по Уралу река Чусовая. Есть у нее притоки. Один из них — небольшая речка Билимбаиха. В 1729 году вдоль ее устья прогуливался Григорий Бушуев — приказчик тогдашних олигархов Строгановых. Бушуев осмотрел устье речки и подумал — эх, заводик бы сюда! Леса вокруг завались — есть, чем печи топить. На речке можно дамбу поставить, и силу воды на дело употребить. А по ней самой уплыть хоть до центра России и товары уволочь. И рудники под боком. Удачное же место!
И он отправился к барону Александру Строганову. Вообще-то Строгановы металлургией не сильно интересовались, предпочитая торговать солью (по тем временам монополия покруче нынешней нефтяной), и далековато было от Билимбаихи до Прикамья, где была основная строгановская вотчина. С другой стороны, металлические изделия и на солеварнях были очень нужны, а на земли в районе Билимбаихи покушались конкуренты по олигархическому сословию с фамилией Демидовы, так что заводиком было решено застолбить участок.
И вот в 1733 году был заложен Билимбаевский чугуноплавильный и железоделательный завод, а через год он уже выпустил первую партию чугуна и положил начало поселку Билимбай.
Зимой 1774 года вместе с январскими морозами на землю Билимбая пришел мятежник Емельян Пугачев. Оценив его запал, около 300 тружеников завода взяли отпуск за свой счет, чтобы провести его в компании повстанцев. От такого раздолбайства домна охладела к людям, застудилась и совсем умерла. После того, как пугачевцев выперли из Билимбая, а вместо отпускников завезли новых крепостных, домну пришлось ломать и ремонтировать.
Но к концу XVIII века Билимбаевский завод опять понемногу отливал чугун — 200-250 тысяч пудов в год (от 3200 до 4000 тонн). А, спустя сто лет, после глубокой модернизации начал гнать чугун такими партиями, что едва успевали отвозить — почти удвоили производство и в 1859 году отгрузили уже 495 тысяч пудов. Эти цифры вывели Билимбаевский завод в лидеры отрасли — круче были только Нижнетагильский, Верхнесалдинский, Сысертский и Кушвинский заводы.
К началу XX века промышленная звезда Билимбая стала закатываться, временами переходя в стремительное пике. Возить чугун до потребителя было далеко и дорого, передовое оборудование превратилось в допотопное, а новых модернизаций не предвиделось. Начавшаяся Первая мировая сказалась на заводе двояко. Поля сражений пожирали металл миллионами пудов, заказы на него не прекращались. Но многие рабочие были мобилизованы и резко потеряли интерес к своим заводским обязанностям.
После революции, контроль над Билимбаевским заводом и всем его производством взяли рабочие. Обидевшийся на самоуправство граф Строганов объявил, что с 31 декабря 1917 закрывает предприятие. Собрание рабочих и просто местных жителей постановило: работу не прекращать, все имущество передать в руки народа, Строганову показать рабочее-крестьянский краснознаменный кукиш. На том и порешили.
1921 год. Страна отходит от гражданской войны. Наступает НЭП. Билимбаевский завод вновь плавит чугун с неплохими результатами — вплоть до 1933 года. Вслед за НЭПом кончается и история Билимбаевского чугуноплавильного завода. Доменные печи демонтируются, на базе строгановского завода появляются сразу три — труболитейный, ремонтно-механический и термоизоляционных материалов. Эти предприятия мирно работают до 1941 года, а потом начинается Великая отечественная война. И над Билимбаем раздается рев реактивных двигателей.
БИ— Ближний (потому что далеко не улетит) Истребитель. А «1» — значит, первый советский реактивный. Когда немецкие пилоты начали утюжить советские цели, краснознаменное руководство очень захотело себе дешевый реактивный истребитель. И быстро! Разработчики реактивного рабоче-крестьянского аэроплана были определены именно в Билимбай. Ну и что с того, что бывший чугунолитейный завод? Работайте, товарищи! Товарищи вздохнули и заскрипели пилами.
Первый советский реактивный истребитель делался из фанеры и клея. Металлическими были только двигатель с рамой, немного защиты для пилота, шасси. И две 20-миллимитровые пушки, уютно лежавшие на деревянных лафетах. Но это еще не все веселые особенности суровой советской конструкции. Запас топлива реактивный БИ-самолет сжигал примерно за две минуты. Потому и «ближний».
Предполагалось, что аэропланы мирно дежурят на аэродроме рядом с важными объектами. Как только крестато-свастиковые пилоты Люфтваффе подлетают поближе, БИ резко взлетают, поражая врагов пламенем из кормы и лютой скоростью, и быстренько расстреливают вражин из пушек. На эти мероприятия у пилотов где-то 120 секунд, потом топливо кончается, и фанерный самолет садится как планер — без участия двигателя. Такую вот чудесную экспериментальную технику начали разрабатывать и выпускать на Билимбаевском заводе.
Испытывал ее будущий герой Советского союза Григорий Бахчиванджи. О том, что ему предстоит оседлать довольно капризный аэроплан, бравый летчик понял уже на земле — на стендовом испытании БИ-двигатель взорвался, плюнул азотной кислотой в лицо инженеру и засадил головкой двигателя в бронеспинку сидения, отчего испытатель приложился лицом о приборную доску. Тем не менее, потом пилот и капризная машина подружились — капитан Бахчиванджи выполнил на БИ семь испытательных полетов. Кружил, кстати, над поселком Кольцово.
Но последний полет Григория Бахчиванжи в 1943 закончился смертью летчика — самолет сорвался в пике и разбился. Вместе с ним упал интерес руководства страны ко всем разработкам реактивных самолетов. Хотя совсем проект не похоронили, и самолеты БИ экспериментально взлетали до 1945 года, хотя на фронт так и не попали.
Когда война кончилась, Билимбаевский завод захирел. Если сейчас вбить в поиске название Билимбаевского завода, то большинство ссылок сообщит, что он заброшен. Но на его территории все еще тлеет жизнь. Что за предприятие располагается на объекте культурного наследия, нам установить не удалось. Местные говорят, что в зданиях вроде какие-то склады. А еще там вроде бы занимаются металлом (исторические корни сработали, не иначе). Но не выплавкой — металлоломом. Этой версии соответствует то, что видно на территории — баллоны для сварочных аппаратов, несколько остовов автомобилей, куски металла, валяющиеся на земле.
С другой стороны, верхняя часть завода, не огражденная забором и не охваченная заботой непонятных предпринимателей, выглядит еще хуже. Собственно, там остались лишь фрагменты стен и перекрытий, по которым ноге человека лучше не ступать. Даже бомжи и проказливые дети не посещают памятник архитектуры, который строился по велению исторических дельцов Строгановых, захватывался знаменитым Емельяном Пугачевым, ставил промышленные рекорды в промышленно-развивающимся ХIХ столетии, пережил невзгоды Первой мировой и смуту Гражданской войны. Который стал прибежищем советских авиаконструкторов и местом рождения первого отечественного реактивного истребителя.
Если есть на Урале кладбище истории, то это здесь. Поселок Билимбай, бывший чугуноплавильный завод Строгановых.