- Чего ты еще хочешь от меня?!
Это мой вопль? Шёпот? Неважно, ведь его совершенно не узнать. Он такой же жалкий, как и хрип того, чью жизнь я оборвал совсем недавно. Холод ручьём затопил горло, сковав и не позволив более произнести ни звука. Ты отказалась от меня, и я не знаю, что будет дальше. Я всегда был тебе верен, а ты предала в самом конце пути. Почему ты так жестоко поступила?
Мороз всё сильнее сводил горло. Дыхание на миг остановилось. И тогда я почувствовал то, что не чувствовал ранее в жизни. Слёзы. Они не появлялись, когда отец был ранен в набеге, когда был съеден сородичами и мною, не появлялись, когда мать погибла на моих глазах. В сердце была лишь радость. Всю жизнь нас учили служить тебе. Радоваться смерти, ведь после всех ждет куда большее, чем нам может предложить этот мир. Но отныне путь туда закрыт. В чём моя вина? Неужели я не достоин... Лёгкие вновь наполнились воздухом, и дурманящий запах проник вместе с ним. Ты вернулась. Подошла ближе, намного ближе, чем раньше. Дразнишь меня, глумишься надо мной...
Нет, это не так. Я почувствовал его. Твоё прикосновение, затмившее всю боль и избавившее от холода. Но неужели... я достоин его? Достоин тебя? Достоин чувствовать, как ты аккуратно вынимаешь застрявшие когти из спины? Как проводишь по ранам, лаская тело нежными прикосновениями и зарываясь в огрубевшую шерсть?
Вечность... Лишь бы это длилось вечность: покой, тишина и необъятное чувство затмившее всё, кроме тебя. Кроме запаха, что стал пьянить лишь сильнее, насыщая тело теплом. Кроме блаженных касаний, лишающих боли и дарящих покой.
Последний коготь упал в снег. И тогда... это горячее дыхание. Ты одарила им, нежно перевернув на спину и положив головой на колени. Это уже не тот мир. Не сон... Прости, что усомнился в тебе, моя богиня...
- Йола! Что ты делаешь?!
Матерый серый волк, вождь племени, пробился в круг стаи, окольцовывавшей одно единственное место среди поля брани. Все они молча наблюдали, как воительница склонилась над одним из тех, против кого они сражались и едва смогли одолеть этим днём. Белоснежная волчица лишь на мгновение скользнула по вожаку взглядом, после снова перевела его на израненного чёрного волка, чья голова лежала у неё на коленях. И его грудь всё ещё вздымалась...
- Глаза не обманывают тебя, Хорл, - волчица легонько провела за единственным уцелевшим ухом слепого и слегка улыбнулась, когда тот едва шевельнул им, отвечая на движение. - Я провожаю его.