Однажды на творческом вечере в Доме культуры одного из провинциальных городов ведущий оговорился и объявил Олега Даля народным артистом. Даль вышел на сцену, улыбнулся и сказал: «Я вообще-то не народный артист. У меня нет званий. Я, скорее, артист инородный». Зал зааплодировал. А начальство из Министерства культуры решило больше творческих вечеров Далю не устраивать: вдруг ляпнет еще что-нибудь в таком же роде — он может. Наград и званий у актера не было именно потому, что он не шел на компромисс с совестью и конъюнктурных ролей не играл принципиально. Его называли "даленком", мальчиком из Освенцима, плохим хорошим человеком. Он чувствовал себя бездомным бродягой, даже когда рядом были женщины - Нина Дорошина, Татьяна Лаврова, Елизавета Эйхенбаум. Щедро терял выигрышные роли. Был безумно добрым, обожал животных, собирал игрушечных бегемотиков, что не мешало ему пускаться в страшные запои, мотать нервы этим самым домашним, менять театры как перчатки, быть на ножах с режиссерами и па