Мало кто знает, что неразлучная тройка из Гайдаевских фильмов Никулин, Вицин и Моргунов, в этой киноленте особой дружбой между собой не отличалась. Моргунов так и вообще, как говорится, “зазвездил”. Привел постороннюю девушку на просмотр отснятого материала, а когда Гайдай велел ей выйти, то Моргунов возмутился, что та отнюдь не сбоку припека. Итог - рассерженный режиссер и дублер, заменяющий Моргунова в последних сценах, где тот снят со спины.
Фильм должен был начинаться немного по другому, чем мы привыкли его видеть. Изначально Трус и Бывалый писали на заборе мелом буквы “Х” и “У”, а Балбес быстренько исправлял всё это непотребство, превращая надпись в “Художественный фильм”. Но цензура не пропустила. А зря, придумано шедеврально.
В сцене с прививкой для Бывалого огромным шприцем была использована подушка, положенная ему между ног. Актер перед съемкой постоянно напоминал, чтобы не промахнулись ненароком.
Леонид Гайдай очень любил, когда актеры на его съемках импровизировали. За каждую такую импровизацию он дарил ее создателю бутылку шампанского. Юрий Никулин набрал их аж 24 штуки.
А Георгий Вицин вообще слыл непьющим, поэтому распитие пива в кадре далось ему с большим трудом.
Исполнительница главной роли Наталья Варлей была цирковой канатоходкой. Различные цирковые трюки ей прекрасно удавались, а вот с актерским мастерством было не всё так просто. Даром, что пела за нее Аида Ведищева, а озвучивала Надежда Румянцева.
Кстати, ослица, которая возила Шурика, оказалась той еще звездой экрана. Через много лет она вполне достойно снялась в фильме “Девятая рота”.
Фильм, кстати, побоялись выпускать в прокат. Так бы он и пылился где-то на полке, если бы не Брежнев, которому картина очень понравилась.
Как нравится и нам. До сих пор. И мы не устаем ее пересматривать. Хотя бы раз в год, но смотрим. И получаем тепло и душевное удовлетворение. По крайней мере, я точно.