…Следующим этапом в развитии советского танкостроения стала серия «быстрых танков» (БТ). Было выпущено несколько модификаций, она обладала исключительной скоростью и представляла собой новое поколение боевых машин – тех, что должно бросать в прорыв для развития наступления. Для того и скорость. Новые танки уже начали сводить в крупные механизированные соединения, но опыта их применения ещё не имелось. Кроме того, БТ унаследовал все недостатки предшественника: тонкую броню и малый калибр орудия.
Первым настоящим делом, где советские танки попробовали себя в бою, стала гражданская война в Испании. В боях за Мадрид (1936 г.), в долине реки Харама (1937 г.) и под Гвадалахарой (1937 г.) они впервые столкнулись со своими «коллегами по цеху», итальянскими танкетками и германским панцер-1 (фактически также являлся танкеткой). Что же, в схватках с пулемётными машинами советские танки уверенно выходили победителями.
При этом впервые применялись и современные методы ведения боя, часть которых использовалась или заново открывалась в Великую Отечественную. Например, в боях у горы Пингаррон, которую штурмовали республиканцы при поддержке Т-26, был эпизод, когда артиллерии «красных» не подавила противотанковые средства противника. Тогда республиканские командиры приняли решение атаковать двумя волнами: первая группа Т-26 отчаянно маневрирует, вызывая огонь на себя и «засвечивая» огневые точки, вторая (из лучших стрелков) их выбивает. Нечто подобное применялось Михаилом Ефимовичем Катуковым (прославившимся в 41-ом в боях с Гудерианом) при штурме Скирмановского плацдарма.
А во время сражения под Гвадалахарой, где итальянцы бросили в бой фактически все свои силы, была испробована тактика танковых засад. Наступление итальянцев началось в целом внезапно для республиканского командования, к участку прорыва спешно перебрасывались любые доступные части. Советские военспецы (что в 37-ом зачастую и воевали на Т-26), прибывшие одними из первых, решили не выстраивать линейную оборону, а организовали засады вдоль дорог. Моторизованные колонны итальянцев, попавшие под тяжелые фланговые удары (танкисты открывали огонь в упор), сразу стали нести большие потери, темп их движения был резко снижен, а республиканцы получили необходимое время. Тогда же танки начали закапывать в капониры, что маскировали их и одновременно увеличивали защищённость.
Тактику танковых засад крайне успешно использовал всё тот же Катуков в боях под Орлом и Мценском.
…В Испании воевал комбриг Павлов Д.Г. («Пабло»). Полученный боевой опыт он успешно проанализировал и пришёл к выводу о необходимости создания нового танка, с уже противоснарядной бронёй и орудием, способным поражать её на машинах противника. И это было революционное мышление, ведь Павлов фактически предлагал создать машину, приоритетом которой будет уже не просто поддержка пехоты, а борьба с танками врага. Причём с перспективой: ведь для германских Т-1 хватало и 45-мм пушки Т-26; но будущий руководитель автобронетанковых сил СССР прекрасно понимал, что немцы будут форсировать танкостроение.
До этого момента в военных кругах господствовало представление, что «танки друг с другом не сражаются», и главным противником боевых машин являются противотанковые орудия. Между прочим, последнее утверждение было верным на протяжении если не всей войны, то большей её части. Однако танки сражались друг с другом, и ещё как сражались …
Павлов сумел инициировать работы над созданием новой боевой машины, не сильно теряющей в скорости относительно БТ, но одновременно с более сильным орудием и мощной бронёй. Так и появился на свет средний танк Т-34 с орудием калибра 76 мм, 45-мм бронёй и скоростью в 40 км/ч (что было очень неплохо для танков 40-х г.). Советские инженеры, рационально рассчитав углы наклона брони, создали дополнительную защиту отечественным машинам: чтобы взять её корпус в лоб, вражеский снаряд должен был пропахать не 45, а все 90 мм брони! Кроме того, зачастую бронебойные болванки просто рикошетили от защиты Т-34.
И это был действительно лучший танк в мире на момент создания. У французов тоже имелись и тяжелые, и средние боевые машины, но со столь неудачной компоновкой и расположением боевых узлов, что немцам не составило особого труда уничтожать их летом 40-го. У британцев так вообще не было аналогов Т-34, не говоря уже об американцах или японцах. Да и у немцев самой сильной боевой машиной считался «тяжёлый» Т-4 с 75-мм пушкой-обрубком и угловатой бронёй (к тому же более тонкой). Про скорость и манёвренность уже и говорить нечего!
Вот только немцы успели повоевать на своих панцерах, а Т-34 не то что не побывали в боях до лета 41-го, их даже не изучали в войсках. Полученные машины хранились в специальных ангарах, их охраняли бойцы НКВД. Машину осваивали только по ночам, часов наезда у механиков-водителей катастрофически не хватало. Экипажи в принципе не успели освоить уже поступившую технику.
Имелись и иные недостатки: единственный тяжёлый люк в башне, который часто клинил при попадании, обрекая экипаж, не очень хороший обзор. Т-34 проигрывал панцерам и оптикой, многие танки не были радиофицированы, что крайне важно для управления боем. Броня советской машины была хоть и прочной, но хрупкой, ломкой: при попадании вражеских снарядов она давала множество мелких осколков, что ранил экипаж.
А главное, после репрессий 30-х г. многие здравые начинания того же Тухачевского похерили. Только что созданные танковые корпуса рвали на части, а машины переводили в пехотные части. Правда, стараниями того же Павлова крупные механизированные соединения всё же не исчезли. Но и здесь возникли трения: Павлов предлагал структуру механизированных дивизий как главную тактическую единицу, его оппоненты – мехкорпуса. Они и победили. Только времени создать из новых мехкорпусов настоящие боевые соединения уже не оставалось…
Продолжение следует…