Когда Марлен Дитрих приехала в Советский Союз, ее спросили: «Что бы вы хотели увидеть в Москве, Кремле, Большом театре, мавзолее?» И эта недостижимая богиня вдруг тихо сказала: «Хотелось бы видеть советского писателя Константина Паустовского, это моя мечта на протяжении многих лет!» Сказать, что присутствующие были ошеломлены, - не сказать ничего. Мировая звезда - и некоторые Паустовские?! Какой вздор? Но все встают на ноги! А к вечеру Паустовский уже тяжело больной, был наконец найден.
То, что произошло потом на концерте, стало легендой. На сцене вышел, слегка ошеломленный, старик. И тогда звезда мира, друг Ремарка и Хемингуэя, внезапно, без единого слова, опустилась на колени перед ним в своем вечернем платье, вышитом камнями. Платье было узким, нитки начали лопнуть, и камни вылились на сцену. И она поцеловала его руку, а затем прижала ее к ее лицу, наполненное абсолютно никакими слезами. И весь большой зал сначала застыл, а затем внезапно - медленно, неуверенно, озираясь, словно стыдясь чего-то! Он начал вставать. И буквально взорвался аплодисментами.
А потом, когда Паустовский сидел в кресле и в зале, избивая руки, замолчал, Марлен Дитрих тихо объяснила, что самым большим литературным событием в ее жизни является рассказ о «Телеграмме» Константина Паустовского, которую она случайно прочитала в переводе в какой-то немецкой коллекции. «С тех пор я почувствовал определенную обязанность - поцеловать руку писателя, который написал ее, и так это получилось! Я рад, что мне удалось это сделать». Благодаря! "