Вторжение наполеоновских войск в Россию не стало для военного министерства неожиданностью, к тому моменту был известен не только состав и численность наступающей армии, но и была разработана стратегия противодействия интервентам.
Работу по сбору данных и составлению плана обороны от врага провел Петр Андреевич Чуйкевич.
Предугадать планы Наполеона помог богатый военный опыт прежних лет. Молодой офицер успел повоевать на стороне русско-прусской коалиции против французов в 1806 году и поучаствовал в турецкой компании 1808-09 года. Чуйкевичу даже удалось дослужиться до капитана, после чего он вышел в отставку и занялся любимым делом — стал писать книги о боевых действиях и военном деле.
Аналитическая глубина произведений и трезвость суждений автора заинтересовали Барклая де Толли, руководившего военным министерством тех времен.
В 1810 году он пригласил Чуйкевича поработать в особом отделе, занимающемся разведывательной деятельностью. Основной задачей «Экспедиции секретных дел» был сбор информации, по дипломатическим и прочим каналам, о составе сил и передвижении французских армий.
Чуйкевичу досталась пусть и не самая почетная, но крайне важная для блага Отечества роль — шпионить за враждебной Францией. Он целиком ушел в работу: создавал агентурную сеть, передавал, получал и анализировал поступающие данные. Барклай де Толли высоко ценил и уважал таланты своего подчиненного. Чуйкевич неоднократно лично выезжал за границу для сбора важной дипломатической информации.
К тому моменту, когда вторжение Наполеона стало неизбежно, военное министерство обладало всей необходимой информацией. Более того, Петр Андреевич проанализировал ситуацию и расклад военных сил и составил доклад. В своей записке он рекомендовал воздержаться от отрытого противодействия французской армии и совершить стратегическое отступление, изматывая неприятельские войска постоянными партизанскими ударами.
Офицер справедливо полагал, что Россия не готова победить превосходящие силы одним гглавным сражением, а потерянные в ходе отступления территории можно легко вернуть, если спасти регулярную армию от полного истребления в первые дни войны. Под термином партизанской войны, опытный аналитик подразумевал не стихийное народное сопротивление, но и строго скоординированную разведывательно-диверсионную деятельность мобильных эскадронов гусар и казаков.
Писатель и военный теоретик оказался прав: вторжение 1812 года развивалось по предсказанному сценарию. А вскоре у Петра Андреевича Чуйкевича представилась возможность подтвердить теорию практикой — с самого начала войны он участвовал в партизанских боях, позже командовал отрядами «летучих» казаков и даже отличился в Бородинском сражении.
Россия же с честью выдержала очередное испытание и вновь победила.
Понравилась статья? Ставьте палец вверх и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить самое интересное!